– Замуж?
Эмма не могла себе представить кого-то еще рядом с собой.
– …А он и не стремится вернуть мое расположение. Вот и живем как два пассажира, вынужденных ехать в одном купе. Легче всего избавить от боли может тот, кто ее причинил, а я всю жизнь сама с нею боролась. Он же был счастлив за счет других… Вот тебе и доверие, и защищенность, и отзывчивость, которые он демонстрировал, ухаживая за мной. Можно жить вместе и отсутствовать в сознании близкого тебе человека, а можно находиться в разных городах и быть рядом. Кто-то сказал: только будучи в безысходной ситуации, человек понимает, что он живет. А если эта ситуация длиною в жизнь?.. Нашел чем успокоить. Это тезис жестоких мужчин для доверчивых дурочек… Не живет человек в безысходной ситуации! Существует, мается… Иногда мне кажется, что человеческое общение лишено логики. Оно так многогранно, многопланово и так изменчиво… Это раньше мужская честь измерялась отношением мужчины к женщине.
Лицо Эммы опять сделалось непроницаемо-серьезным. Взгляд затерялся в бесконечном числе крыш и антенн.
– Ты ищешь логику чувств? – удивилась Рита. – Это из области фантастики.
– Откуда в тебе эта непримиримость? Пропитай сердце уверенностью, насыть душу любовью. Смири, урезонь свои обиды. Попробуй вспомнить что-то хорошее из вашей жизни. Еще раз по сусекам поскреби, – предложила Жанна, бросив на Эмму многозначительный взгляд.
– Давай, посоветуй облазить многочисленные фьорды прошлых событий, исследовать шхеры долговременной памяти! Эмма и без тебя миллион раз это делала. Может, еще что-нибудь этакое, умное предложишь? Я лично несильна в подобном виде деятельности, – скроив благожелательное лицо, спросила Инна у Жанны. А в голове
ее пронеслось: «Святоша чертова! Сидит тут как в монмартрской мансарде и рассусоливает… То лениво цедит сквозь зубы, то будто роняет масляные «розовые» фразы».
– Ничего, что могло бы представить для тебя интерес, – резко ответила та, потому что почувствовала, как обдало ее ледяной волной пренебрежения.
– Когда в семье худо, когда между супругами нет согласия, то и
в постели им одиноко и тоскливо, – сказала Рита.
– Ты права. Женщины выпроваживают мужей не из-за того, что им некомфортно в кровати, а из-за разлада вне её, – видно, отвечая на свои мысли, подтвердила Лиля.
– Если бы работа Федора по-настоящему поглощала или он с головой уходил в повседневные заботы, он бы, наверное, не бегал, – пробормотала Эмма. – …А я еще пыталась шутить: мол, грехи еще не начинают тебя догонять? К совести, глупая, призывала. Спасение души требует большого труда. Праведная душа выковывается… А он, бегая на сторону, терял не только совесть, но и здравый смысл. Ни терзаний, ни сомнений… Для него жестокость стала обыденной.
«Зачем нам эта грязь и эмоциональные обиды? Это не столь этичные воспоминания, чтобы рассказывать о них во всеуслышание»,
– поежилась Лера.
А Мила слова американского артиста Шварценеггера вспомнила: «Каждую минуту, которую ты затрачиваешь на воспоминания о прошлом, ты отнимаешь от размышлений о будущем». «Возможно, он обращал их к молодым», – решила она.
– В капкан ты попала. Вляпалась в дерьмо по самые уши, – подвела итог исповеди Инна.
– Кто спорит.
– А с карьерой у Федора, похоже, все о΄кей. Он у тебя строитель?
– Крупный специалист по ремонту автотрасс. Цепко, уверенно поднимался по административной лестнице.
– Наслышана. В ней он шел напролом. Ни за кем не признавал превосходства. Своего не упустит, у него не сорвется. У меня есть основания полагать, что из всего мог извлечь выгоду. Умел использовать людей. Тут разнотолков не может быть, – ехидно заверила Лера. И замолчала, мысленно проверяя, не забыла ли она сказать что-либо важное о работе Федора. Потом добавила, что все равно он не был до конца удовлетворен своими успехами.
– Ну это ты уж слишком… удачлив был, – защитила Эмма мужа.
– Молодец, – многозначительно протянула Инна.
– Одно мне было непонятно: почему муж неискренен, особенно
в похвалах? Завидовал более удачливым друзьям? Злился? Или во всем был неискренен, потому что это его суть?
– Трудно оставаться друзьями с теми, кто неожиданно разбогател или добился большего успеха.