– В детстве по радио я услышала песню американского ковбоя. Поразило меня мужественное пение. Наверное, эту народную балладу можно было бы исполнить в грустной протяжной или в игривовеселой манере. Но как прекрасен был ее мужественный вариант! С тех пор осталась в моей душе тоска по сильному, смелому, уверенному, честному, доброму и веселому человеку, – прочувствованно сказала Аня.
– Скоро начнется телепередача «Романтика романсов» – бальзам души моей. Романс для меня – точка притяжения, в которой сходятся мои душа, сердце и совокупность всех положительных чувств. Его музыка – вода, по которой хочется плыть бесконечно долго. Она то полный ярости океан, то журчащий ручеек. В нем тот душевный размах, который так необходим мне, когда настигает тусклая серая нестабильная полоса жизни и наваливается тоска – затяжное ненастье души. В романсе все ипостаси человеческой любви: мучительная боль страданий, упреки, угрозы, подозрения, проклятья, от которых дрожит душа нетерпением и страхом. В нем и радость, и счастье, и совершенное душевное благородство, исключительная доброта, чудное наполнение богатой прелестной фантазией, прекрасные стремления, равных которым не сыщешь.
Романс – это нежнейший язык великих эмоций. За две-три минуты проживаешь чью-то целую жизнь. Мне кажется, для романса нет лучше инструмента, чем скрипка. Ее звуки – это музыка, которую исторгает сама душа. Я это физически ощущаю. Я где-то прочла, что романс – сущностное определение того, ради чего люди живут и главное – хотят жить. Это – Любовь. – Лена замолчала и словно погрузилась в себя.
Присутствующие оторопели. Лена заговорила!
«И эта в детство впала», – подумала о ней Инна, но без иронии. Шутя, любя.
«Вот если бы наши мужья сейчас услышали нас, они оценили бы наш душевный настрой или отнеслись к нему с иронией? Мы нечасто открываем друг другу свои эмоции. Больше о делах говорим», – подумала Жанна.
– …Ты не знаешь, какой повод послужил тому, что его убрали с экрана? – обратилась Жанна к Рите.
– Разве для этого нужен повод? Причина на поверхности, – тут же откликнулась Инна.
«Каждой бочке затычка», – скривилась Рита, но промолчала.
– Не вовлекай нас в чужие интриги, – одернула Жанну Мила. «О ком это они?» – не поняла Лена, но подключаться к разговору не стала. Со всех сторон до нее доносились обрывки фраз, на которые она не успевала реагировать.
– …Мне не хватает его неповторимо очаровательной улыбки, его то по-детски искреннего радостного взгляда, то глубоко печального, то неуловимо скорбного, отмеченного благородством, одухотворенностью, иногда даже смятением юности. Бывало, он улыбнется с экрана, и мне хочется улыбаться. Мне нравится вокальная отточенность каждой его песни. Он как-то очень осторожно, нежно роняет звуки, и
в эти моменты я думаю, что земное дыхание проникает в его песни. Эталонное исполнение!
– Ты у нас невероятно музыкальная дама, – прервала Инна неуместные, с ее точки зрения, слишком «лирические» переживания Жанны.
– Я скрипку люблю. Почему именно скрипка с детства вызывала во мне благоговейное преклонение?.. Иногда мне кажется, что музыка стоит над словами… – сказала Аня и тем заставила задуматься подруг не только о музыке.
– …У него прекрасный богатый чистый тембр голоса с удивительной наполненностью звучания. Изысканно, салонно поет. А как владеет своим голосом! Но как-то холодновато поет, скованно. Жар души обещает так разочарованно и устало, с такими грустными интонациями, словно сам не верит ни в ее, ни в свою любовь. А нам хочется верить. Певец свою страсть должен преподносить слушателям. Я в нем что-то последнее время стала разочаровываться. Может, потому, что другие, не менее интересные личности выходят на сцену?
– сказала Галя.
– О! Да ты, мать, ветрена! – рассмеялась Инна. – Я, собственно, тоже не удостаиваю внимания давно подорванных авторитетов.
– …Уверена, что он расслышал в ее словах нотки восхищения. Я заметила у него мимолетную гримасу немного раздосадованного человека, вынужденного с неохотой признать талант своего противника. Мне это не понравилось, но я мысленно сказала себе «стоп»…
«А теперь о ком она?», – не поняла Галя, занятая разговором с Милой.
– …Я смотрю, нешуточные страсти разгорелись вокруг этой программы. Не перегибайте, девочки, палку. Не стоит мыть косточки людям, о которых мы ничего не знаем. Вот для меня главное, чтобы посредством музыки я улетала от обыденности, чтобы моего слуха чаще касались положенные на гениальную музыку Глинки строки, обожествляющие женщину, чтобы я хоть иногда слышала изумительного Марио Ланца и современных чудных́ исполнителей старинных романсов. И тогда на душе у меня будет светло и радостно и никакие мелочи не испортят мне восприятия прекрасного. Тихую музыку люблю. Она как нежное прикосновение дарит внутреннее равновесие, гармонию. Хочется жить