Тень неподдельного страдания скользнула по лицу Лены. Не было бы Николая Ивановича, она быстро и грубо отшила бы пошляка, но присутствие пожилого человека связывало ей руки, точнее, язык. Она только бросила на Ивана уничтожающий взгляд. Ее раздражало его необычайное самомнение. С чего бы это ему упиваться своим торжеством? Но она тут же предположила, что у него собственные неудачи выливаются в открытую грубость не только к тем, к кому он испытывает неприязнь, но даже по отношению к тем, с кем ему хотелось бы положительно общаться. А его намеки, разумеется, – не больше чем миф, созданный им же самим для внешнего и внутреннего самоутверждения. Поэтому она ответила сдержанно, очень даже сдержанно, до скрипа зубов.
– Удачная встреча? Это на твой взгляд. Что за нелепость? Я нацелено не стремлюсь к замужеству. Не хочу искать приключений, не хочу никому кружить голову преждевременными обещаниями. И вообще, я не готова к диалогу на эту тему. Зря ты определил себя в штат моих духа и тела хранителей или обожателей, – решительно прервала Лена ненужные ей излияния и отвернулась от Ивана с мыслью, что надо немедленно и жестко положить конец этому неприятному разговору.
– Травишь здорово и гладко, поэтому доставлю тебе удовольствие и выслушаю в сто первый раз твою байку о нежелании выйти замуж. Наверное, из головы не идет любовь. Ведь хочется урвать хотя бы от чужого счастья? Или, может, ждешь подходящего случая, чтобы еще раз всех удивить? – закончил он непристойным намеком.
Лена побледнела и пошла в атаку.
– Ты любишь рассказывать о том, что многих соблазнил. Я не верю в это. Может, хочешь услышать в ответ, перед сколькими обожателями я устояла? Не надейся...
Иван, не слушая выпада Лены, продолжил:
– Она, видите ли, не озабочена телесным дискомфортом. Нос воротит от мужчин! Посмотри правде в глаза: рада бы в рай, да грехи не пускают. Утверждаешь, что не коснулась тебя распутная фортуна?.. Не везет, пробуксовочка пока идет, а то бы давно уж… кордебалет… да вверх копытами… И хочется, и колется да мама не велит. Не подвернулся приличный шанс? – словно гордясь своим поступком, нимало не смутившись, снова гадко уколол Лену Иван, сопровождая свои слова радостно-пошлым смешком и поглядывая на нее с жутковатым интересом.
«Подобной бестактности, такого гнусного посягательства на Ленины чувства не позволяли себе даже самые наглые ребята из ее лаборатории. Это было самое гадкое из когда-либо ею услышанного в свой адрес, – молча кипела я, готовая взорваться и наговорить грубостей никчемному обожателю. – Нет, что ни говори, а замужняя женщина в большей степени защищена от нападок мужского внимания, и как к специалисту к ней меньше придираются, чем к свободной», – решила я.
Душевное равновесие Лены было окончательно поколеблено. Ее глаза загорелись возмущением и дикой злобой. Она рванулась на Ивана с кулаками. Уж на этот раз она не останется в долгу! Но Николай Иванович удержал ее, и больно сжал локоть Ивана.
– Ну и сказанул, как в воду плюнул, – отреагировал он удивленно. – Не ожидал.
Лена даже не представляла, что может быть настолько благодарной за маленькую поддержку этому, в общем-то, малознакомому человеку. И она смирилась, только жестким взглядом осадила грубияна.
– Вы меня на голос не берите, – насмешливо фыркнул Иван, продолжая жадными глазами исподтишка любоваться смущением и злостью Лены.
«Да он сексуально озабоченный», – поставила я неопровержимый диагноз.
Намеки Ивана были слишком грубыми и обидными, чтобы безропотно сносить их. Даже у Николая Ивановича был растерянный, недоумевающий вид. Но Лена и на этот раз выдержала «осаду», сделала вид, что остыла, пропустила издевку мимо ушей и только подумала: «Он оказался гораздо более опасным противником, чем я ожидала. Странно, при свидетелях ведет себя более нагло, чем один на один при встрече в коридоре. Что за этим кроется? Показное? На публику работает. Пожалуй, при случае стоит отбрить его, чтобы неповадно было цепляться». А вслух сказала:
– Странным образом клеишься. Честный. Не желаешь хранить под спудом свое хамство. Вживую его предъявляешь. У тебя извращенная страсть к грязи? Прекрати, «Карузо». Не ту песню поешь. Не от большого ума желание быть оригинальным доводит тебя до пошлости. Мнишь себя «ярким представителем темных сил»? Ожидаешь одобрения? Глупо. Надо заранее тщательно взвешивать шансы на успех, а не бросаться в омут с головой. Бредешь по жизни вслепую, на ощупь. Тебе совершенно неважно, что я о тебе подумаю? Что скажешь в свое оправдание? И к чему приведет тебя шутовское отношение к жизни? Герой-любовник!