Номер я снял, естественно, на имя Матиаса Руттиса в самом обычном отеле, но в центре. Чем больше людей и мишуры вокруг, тем лучше.
Собеседование прошло быстро и гладко. Администратор бегло заглянул в паспорт, кинул взглядом на водительские права, и после сказанной мной фразы «я могу приступить к работе хоть сегодня», радушно пожал мне руку, выдав ключи от мопеда, не проведя даже краткого инструктажа по работе. Послал меня на кухню, сказав, что там мне выдадут заказы на сегодня. Правда добавил, мол, зарплату выдают раз в неделю, и график у меня более-менее гибкий, зависит от заказов, но официально мой рабочий день с 08:00 до 22:00. Выходной – понедельник.
- Отлично! – сказал я, и скрылся с его глаз долой.
В студенческие годы я поработал одно лето курьером-доставщиком еды, поэтому этот опыт оказался для меня полезным. Я без проблем начал свой первый рабочий день.
Телефон я оставил дома, на всякий случай, а приехав в Гнойштадт, я купил временную сим-карту и самый дешевый телефон на барахолке у цыган. Поэтому, кто звонил и писал мне – я не знал. По легенде я заболел острым респираторным заболеванием. Обратился к своему очень хорошему знакомому врачу, который выписал мне больничный на основании повышенной температуры и боли в горле с покраснением. Вдобавок ко всему, своих пациентов я предупредил. А значит, мне не было о чем беспокоиться, мирно отходя ко сну в те ночи.
В первый же рабочий день я активно ездил на мопеде, развозя заказы по старым знакомым местам. Западный район был моим домом. В этом районе я был как рыба в воде, поскольку родился здесь и вырос. Я знал каждый дом, проулок, витрину, бордюр. Вплоть до каждого куста и муравейника под ним – я безупречно знал это место. Как и город целиком. Центр, гидропарк, набережная у реки, сквер, речной порт, промышленный район с заводами, университет, кладбище.
Я как раз отвозил последний заказ вечером, когда проезжал кладбище. Подумал, что отвезу и вернусь, не в силах оставить это место без внимания. Так и сделал. Оставил мопед у ворот, которые всегда были открыты, и вошел в них.
На кладбище было темно. Но могила Вагнера была неподалеку от центральной аллеи, освещаемой светом фонарей, разве что чуть в глубине. Шел по ней и вспоминал, как, будучи длинноволосым неформалом в студенческие годы, зависал с такими же ребятами в склепе «на пятачке». Так мы называли развилку на кладбище. Готы, панки, металлисты – тогда это была моя тусовка. И мне она нравилась. Но я прошел склеп мимо, погасив в себе лучик ностальгии, после чего преодолел еще метров пятьдесят кладбищенской тишины, прежде чем встретился со старым другом. Давно не виделись.
Памятник у Вагнера был видный – черный глянцевый гранит с портретом. Смотрел на него и думал, какой же красивый был пацан. Какой был молодой. С невероятно добрыми глазами и искренней улыбкой. Максимально честный. За что и любил его по-дружески. Да и по-человечески. Ком подступил к горлу, когда начал вспоминать его живым, сидя у могилы.
Мне вспомнилось, как когда-то мы с ним дали друг другу обещание, что наша дружба продлится вечность. Что будем друг с другом до конца. И даже если нам понравится одна и та же девушка, она не поссорит нас. И знаете что? Ирония судьбы в том, что так в нашей с ним дружбе и случилось.
Будучи студентом второго курса, я начал встречаться с девушкой, в которую Вагнер был влюблен. Он бегал за ней еще со школьной скамьи. С класса восьмого, если мне не изменяет память. Наши с ней отношения оказались весьма спонтанными, ненужными, а соответственно – скоротечными. И когда мы с ней разошлись, Вагнер сказал мне, что не держит на меня зла, и не таит обиду. Сказал, что он делал многое на протяжении нескольких лет, чтобы ей понравиться. Но она все равно выбрала меня, и в этом не моя вина. Вот такой чистейшей души человек был Вагнер.
Я прикоснулся к надгробному камню, посидел так еще немного, вдыхая сырой, холодный воздух, и ушел.
Сон в ту ночь у меня был крепкий. Утро оказалось бодрым. Но легкое волнение начало терзать мои внутренние струны. Я слишком долго готовился, чтобы понимать, что у меня всего одна попытка. Этот самовлюбленный, надменный мудрила был просто обязан сделать заказ своего самого вкусного в мире блюда.
Проезжая Центральный парк, я не мог не вспомнить когда-то важную часть моей жизни – баскетбол. А точнее, так и не начавшуюся профессиональную карьеру. Я просто жил им во времена старшей школы. И когда я смотрел на купол арены в парке, в моей голове сразу же всплывали образы и воспоминания тех лет.