Внезапно Джеку все это неимоверно опротивело. Он резко оттолкнул девушку от себя.
— Ладно, я просто сегодня не в том настроении.
Стриптизерша застыла на месте, руки в боки, ее поразительно крупные, явно ненатуральные груди бурно вздымались, пока она старалась отдышаться. Она воззрилась на него:
— Что-о-о?
Джек малость растерялся. Он почти робко протянул ей две сотенные купюры.
— Я выдохся. Пришлось порядком помотаться.
Его внимание привлек ручеек пота, берущий начало где-то в ее взмокшей голове, сбегающий к шее и превращающийся в настоящий водопад в ложбинке между грудей.
— Выдохся?
— Извини.
На краткую долю секунды Джеку показалось, что сейчас она просто возьмет и вышибет одним махом все дерьмо из него. Он нервно протянул ей еще одну сотенную.
— Может, в следующий раз получится?
Женщина выхватила купюру из его руки и пошла прочь.
— Пойду-ка я приму душ.
Джек совсем упал духом. Прежде с ним не случалось подобных неудач. Что ж, он несколько раз в своей жизни кончал раньше времени, раз или два, почти всегда из-за того, что перебрал лишнего. Но с того момента как ему запихнули надувные протезы, у него не возникало никаких затруднений. Обычно он мог побить все рекорды по извержению семени. Но сегодня вечером, даже с его неизменным стояком, он просто не смог довести дело до конца. История с наемными убийцами камнем висела на душе, не давая возможности спокойно вздохнуть.
Тяжело опершись о ходунок, Джек поднялся на ноги и медленно заковылял по направлению к выходу. Сегодня он почему-то ощутил тяжесть всех прожитых лет.
Бакстер стоял на своем посту и, как обычно, предупредительно распахнул перед Джеком дверь.
— Благодарю, Бакстер.
— Мистер Люси. Постойте-ка секунду. У вас что-то на… гм, на ваших брюках.
Бакстер обошел его, пытаясь помочь. Джек взглянул вниз и понял, что имел в виду швейцар. Вся передняя часть его брюк цвета хаки оказалась мокрой. Причем насквозь промокшей. Огромное потное пятно от задницы стриптизерши расплывалось прямиком на его промежности.
— Вот дерьмо! Выглядит так, словно я надул себе в штаны.
— Пойдемте со мной.
Бакстер взял Джека под руку и повел в маленький закуток у парадного входа.
— Вот сюда. У меня здесь есть пара полотенец.
Джек присел и оглядел крошечную комнатку. Должно быть, первоначально здесь размещалась гардеробная, до того как здание занял стриптиз-клуб. Бакстер полез в шкафчик и вытащил оттуда полотенце.
— Черт, что за денек выдался!
Джек принялся ожесточенно вытирать себя. Бакстер снисходительно улыбнулся.
— Подобное случается и с лучшими из нас.
Джек взглянул на Бакстера и понял, что у него совсем не осталось сил, чтобы объяснить, что случилось на самом деле. Что он заставил бедняжку так помучиться, что она вспотела и залила его своим потом. Проще казалось обойти этот вопрос стороной. Если швейцар считает, что он обмочился, то эка, на хрен, невидаль!
— Должно быть, я старею.
— Да не убивайтесь вы так, мистер Люси. Вы и не поверите, на что мне тут пришлось насмотреться.
— Правда?
Бакстер аж раздулся от чувства собственной значимости. Он пробежал пальцами по своим пышным усам, разглаживая их.
— О, да. У нас тут полный набор — торговцы наркотиками, мафиози всякие, настоящие якудза, парни из студенческих братств — да все, что душе угодно!
Джек задумался.
— Послушай-ка, может, ты знаешь что-нибудь о таких делах.
Бакстер наклонился:
— Что случилось?
— У меня есть друг, который, возможно, по уши завяз в дерьме.
— В каком дерьме?
— Ну, он… — Джек замолчал. Он передумал. — Пожалуй, мне не следует трепаться. Если он узнает, что я тебе обо всем рассказал, то сотрет нас обоих в порошок.
— Круто! Только вы и я. Отношения между швейцаром и клиентом.
Джек кивнул. Он пристально посмотрел Бакстеру в глаза.
— Обещаешь?
— Могила.
Джек закончил вытирать брюки и бросил полотенце в угол.
— У моего приятеля возникло одно затруднение, поэтому он нанял профессионального убийцу.
Бакстер не смог сдержать восхищенной ухмылки.
— Круто!
— Вовсе нет. Потому что он вдруг узнал, что не сможет заплатить этому парню, а наемный убийца пока об этом ни сном ни духом, потому что он глубоко засекречен или что-то в этом роде.
— Поэтому он сначала выполнит работу, а потом узнает, что с ним не расплатились?
— Точно.
Бакстер в изумлении покачал головой.
— Ухты! Ваш приятель — глупец. В конце концов разъяренный убийца придет по его душу.
Джек кивнул, хотя на самом деле разъяренному убийце следовало бы прийти по душу Стэнли.
— И что бы ты сделал?
Бакстер, очевидно, упивался моментом.
— Вы хотите остановить того парня?
— Это мой друг хочет остановить его.
Бакстер поскреб голову. Джек уже стал подумывать о том, что довериться тугодуму-швейцару в дешевом стриптиз-клубе — очередной глупый поступок из вереницы всех глупых поступков, совершенных за последнее время Джеком Люси. Так, внезапно осенило его, и кончаешь свой жизненный путь за решеткой.
Бакстер щелкнул пальцами.
— Придумал! Что, если вы наймете кого-нибудь другого, чтобы совершить убийство до того, как его совершит ваш профи?
— Что-то я не совсем тебя понял.
— Если другой стрелок прикончит жертву раньше нанятого парня, тот не рассвирепеет из-за неуплаты, потому что просто не он выполнит работу. Улавливаете?
Джек стал обдумывать эту мысль, пока Бакстер продолжал ее развивать.
— Это лучше, чем пришить первого убийцу, потому что эти парни обычно связаны друг с другом. И не стоит забывать вот о чем, — Бакстер уже просто сиял, — заодно это решает ту, первую проблему вашего приятеля.
Внезапно Джек понял.
— Ты не знаешь, где я могу нанять стрелка?
— Так это вы? Вы и есть тот приятель?
Джек кивнул.
— Вот что я вам скажу, мистер Люси. Я сделаю эту работенку для вас.
— Ты наемный убийца?
— Не совсем. Но это, признаюсь вам, та самая работа, о которой я мечтал. Я всегда хотел попробовать, но, вы понимаете, никто никогда не давал мне подобной возможности. — И добавил, словно только сейчас вспомнив: — Много не запрошу.
Джеку удалось сохранить невозмутимое выражение лица.
— Могу я рассчитывать на тебя?
— Хотите, чтобы я вам продемонстрировал? Я могу пришить кого-нибудь просто так, для примера.
Джек покачал головой:
— Нет никакой необходимости. Только того одного.
Бакстер схватил искалеченную руку Джека и принялся с восторгом трясти ее.
— Благодарю вас, мистер Люси. Благодарю. Вы не пожалеете.
Джозеф открыл шкаф и стал рассматривать свой гардероб. Его шкаф был битком набит разноцветной одеждой, но ведь в самом названии «гавайская рубашка» уже заложен некий многоцветный подтекст. Гавайи — красочное место, а гавайские рубашки — неотъемлемая часть гавайской жизни. Разумеется, их носили также и гавайские гомосексуалисты, но все же они подчеркивали скорее принадлежность к гавайскому племени, а не племени геев. Разве не так?
Он закрыл дверцу шкафа и присел на кровать. И с чего это он так разволновался? Хотя, надо признать, Джозеф надеялся, что пускай все, кого он знал, включая даже его собственную девушку, и предлагали ему переспать с голубым, они вовсе не считали, что он сам голубой. Так ли это? Не то чтобы произошло что-то такое страшное, если бы он и впрямь был геем. Нет ничего плохого в том, что ты гей. Но ведь Джозеф-то не такой. Не такой?
14
Никто не встречал его в аэропорту. Никто не сказал алоха. Никто не набросил цветочную гирлянду ему на шею. Никто его даже не заметил. Ему подобный прием пришелся по душе.
Он завел взятую напрокат машину и поехал, ориентируясь по отксерокопированной карте города, которую ему дали в агентстве, в гостиницу «Ала моана», расположенную как раз на краю Вайкики. Гостиница показалась ему весьма подходящей для обычного предпринимателя — выше среднего уровня и при этом без всяких модных нововведений. В таком месте с виду безобидный молодой человек может слиться с окружающими, входить и выходить по своим делам, не вызывая ни капли подозрений.