Достигнув самого дна, рабочий поднял над головой факел, и огонь осветил неровные стены с торчащими обломками камней и большой темный предмет, стоявший прямо на гранитной скале.
– Передо мной длинный деревянный ящик! – выкрикнул рабочий. Голос его дрогнул. – Весь обит железом. Неплохо сохранился.
– Попробуйте сдвинуть его, – сказал Селяну, наблюдая, как рабочий осматривает ящик.
Тот подчинился и толкнул ящик руками, затем навалился всем телом, но безуспешно.
– Нет, не могу, – ответил рабочий. – Слишком тяжелый. Погодите… – Он поднес факел ближе к узким щелям между досками и стал присматриваться к ним. – Там будто что-то есть внутри. Не могу разобрать.
– Послушайте, – обратился Петру к архитектору. – Нужно поднять этот ящик. На моей собственной земле обнаруживается какая-то странная находка, а я даже ничего о ней не знаю.
– Это не составит особого труда, – сказал Селяну. – Мы обвяжем ящик веревками и поднимем его с помощью той же лебедки.
Затея не вызвала энтузиазма у рабочих, но они были вынуждены подчиниться. Да и с ящиком пришлось повозиться. Чтобы прочно обвязать его веревками, нужно было продеть их снизу. Для этого еще один рабочий посмелее спустился в колодец, где с помощью ломов они вдвоем приподняли края ящика, пропустив несколько веревок со всех сторон. Завязав прочные узлы, один из рабочих подергал их и крикнул, что все готово.
– Сначала мы поднимем людей по очереди, а потом достанем и нашу находку, – сказал архитектор. Петру изредка бросал на него внимательный взгляд, гадая, испытал ли сам Селяну это странное ощущение – жуткий холод и непостижимый страх, – но спросить о таком не решился. Глупо…
Но тут одного из рабочих начали поднимать, и все сразу приободрились. С веселой улыбкой он почти достиг самого верха, радуясь, что покидает яму, из которой точно веяло тленом, когда веревка с ужасающим треском лопнула и несчастный, изменившись в лице, с громким криком полетел вниз. Мгновение – и его тело с силой ударилось о ящик и замерло там, превратившись в изломанную фигуру. Это случилось так быстро, что сперва все опешили.
«Неужели инстинкт не обманул? Что за наваждение…» – мелькнула у Петру неприятная, отталкивающая мысль, но тут же все внимание поглотил вид тела упавшего с высоты человека.
Теперь закричали уже все, кто наблюдал это внезапное и страшное падение. Особенно был испуган второй рабочий, который еще оставался внизу. Он метался у ящика, не зная, что предпринять.
– Скорее! – крикнул ему архитектор. – Проверьте пульс! Быть может, бедняга еще жив! О, какое несчастье!
Рабочий кинулся к неподвижному телу, прижал дрожащие пальцы к его шее, а затем просунул руку под рубаху, стараясь нащупать биение сердца.
– Нет, ничего! – раздался его вопль. – Мертвый! Я слышал, как при падении хрустнули его кости! Скорее, вытащите меня отсюда! Господи, да что же это!
Мертвец лежал на спине, выгнув грудную клетку, раскинув руки и ноги, будто сломанная кукла. Широко открытые глаза остекленели, глядя вверх. Казалось, в них навсегда застыло выражение безграничного ужаса и беспомощности. Тьма, что пряталась в глубине шахты, точно вырвалась на свободу, чтобы поглотить всех кругом, а пронизывающий душу страх глубоко вонзил свои когти в каждого присутствующего.
Все говорили разом, крича, чтобы другой рабочий успокоился, но тот продолжал причитать, даже когда его вытащили из колодца. Он все трясся и повторял, округляя глаза:
– Там кровь! Всюду кровь! Весь чертов ящик залило ею! Это место проклято!
Рабочих удалось утихомирить не сразу. В надсадном вое и перебранке Петру расслышал, как один из них, по имени Илие, проговорил, качая головой:
– Дурная примета, недобрый знак. Быть беде! – и перекрестился несколько раз.
«Ну вот! – с внезапной злостью и растерянностью подумал Петру. – Этого еще не хватало!» Но даже он не мог отрицать необъяснимое и неприятное чувство, что овладевало им при взгляде на шахту.
О том, чтобы продолжить строительство сегодня, и речи не шло. Но необходимо было поднять погибшего и сам ящик. Рабочих едва удалось уговорить сделать это за дополнительную плату.
Прибывший врач также констатировал смерть, подытожив, что у бедняги не было никакой возможности выжить. Судя по всему, сломанные ребра проткнули сердце. Но дело было не только в этом. Создавалось впечатление, что внутренние органы погибшего сдавила нечеловеческая сила, отчего они лопнули. Врачу показались подобные повреждения слишком тяжелыми. Обычно при падении с такой высоты наблюдались травмы несколько иного рода. Безусловно, чаще всего люди погибали при подобных обстоятельствах, но сами повреждения не носили столь выраженного характера.