Елена, услышав это объяснение, сказанное столь серьезным тоном, попросила не шутить таким образом. Но Аника сцепила ладони перед собой, перекрестилась и поклялась Святым Духом, что и не думала шутить на эту тему.
– У нас о таком просто так не заговаривают! Мертвецов лишний раз не поминают, иначе беда может приключиться, – прошипела она, но тут же извинилась, добавив: – Поверьте, у нас со смертью не шутят.
Елена ощутила легкое головокружение.
– Но с чего вы взяли, что ее укусил именно мертвец? – спросила она, пытаясь говорить спокойно, хотя совершенно не верила в услышанное.
– Так он не просто укусил, госпожа! Он кровушку ее выцедил подчистую. Напился, проклятый, теперь лежит где-нибудь и отдыхает, ждет следующего раза. В деревне собираются его искать, иначе не миновать несчастья.
– Как же его найдут?
– А я вам расскажу! – Глаза Аники взволнованно заблестели. – Заодно для ваших записей пригодится. Когда такое случается, молодой невенчанной девице нужно усесться на лошадь и отправиться на кладбище вместе с сопровождающими. Конь переступит могилы всех обычных покойников, а вот перед той, где лежит проклятый кровопийца, непременно остановится. Тогда покойника из этой могилы нужно вытащить и сделать все, что положено.
– Что же?
– Все, что помешает ему восстать, – пожала плечами горничная. – Кол в сердце непременно нужно забить, железный или деревянный, но лучше рябиновый. Или голову отрезать и обложить мертвеца чесноком и терновыми ветками.
Елена ощутила горечь во рту. Она не могла поверить в то, с какими простодушием и уверенностью Аника рассказывает историю об ожившем покойнике. Наверняка на бедняжку напало какое-то животное, а она не смогла сопротивляться. Но Елена решила поддержать горничную:
– Теперь ты опасаешься за свою жизнь, так?
Аника уставилась на нее широко открытыми глазами. Затем качнула головой и медленно произнесла:
– За свою жизнь, госпожа? Нет, не только. Если мертвец повадится ходить, то никто не может быть в безопасности, уж поверьте мне.
Елена попыталась улыбнуться:
– Надеюсь, теперь в деревне проявят осторожность. А здесь, в поместье, нам вряд ли что-то угрожает. Так что успокойся и не переживай.
Горничная прижала ладони к щекам и потрясенно уставилась на Елену:
– Ох, госпожа! Если мертвец голодный, то его почти ничто не удержит. Нам остается только молиться и защитить себя, как это только возможно.
Несмотря на рассказы горничной, Елена была уверена, что та сгущает краски.
– Откуда же взялся этот мертвец? – спросила она, стараясь сохранять серьезность. – Часто ли такое бывает?
Аника задумалась и покачала головой:
– Всякое сказывают. Будто самоубийцы, колдуны и проклятые могут восстать. Умершие без покаяния, нечестивые и продавшие свою душу. Попробуй разбери. На моем веку еще не было такого. Но мне бабушка рассказывала, что в соседней деревне целую семью пришлось особым образом захоронить, чтобы не вылезла из-под земли. Теперь в деревне все будут держать ухо востро, тут уж не до шуток. Пока не найдут того, с которого все началось, не жить нам спокойно.
Елена поблагодарила горничную за рассказ, но в душе отнеслась к нему с недоверием. Хотя и чувствовала легкую тревогу, вспоминая об услышанном ею шепоте посреди ночи.
После обеда она упомянула о произошедшем в деревне, чем вызвала некоторую озабоченность со стороны матери Петру. На лице тети Софии читался непередаваемый ужас, а сам Петру посоветовал невесте не поддаваться суеверным убеждениям. На этот раз тетя София была с ним совершенно согласна.
– Дитя мое, – возмущенно сказала она, оставшись с племянницей наедине. – Мне не нравится, что ты чересчур отдалась своим прозаическим исследованиям. Ты хочешь, чтобы твои приступы снова вернулись? Мало нам этой страшной находки под часовней? А я ведь говорила, что добра от такого не жди. – Она набожно перекрестилась, не замечая легкой досады на лице Елены. – Мать Петру очень добра к тебе, но не думаю, что она будет так же снисходительна, если узнает о твоей болезни. Ведь, как я понимаю, твой жених ей этого не открыл. Ради твоего же блага, прошу, оставь эти поиски. Я не желаю слышать какие-то жуткие истории о том, как откапывают трупы, прости господи! До сих пор не верю, что ты проявляешь к подобному живой интерес. Это ненормально!
Отчитав племянницу, тетя София удалилась в свою комнату.
Елена лишь сделала вывод, что ей более не следует делиться подобным с тетей. Девушке не нравилось, что та продолжает опекать ее, будто она маленький ребенок. Елена, хоть и была под впечатлением от рассказов о живых мертвецах и все еще помнила о черной тени за окном, чувствовала необъяснимое влечение к такого рода вещам. Ей хотелось узнать гораздо больше о природе возникновения стригоев – кажется, так этих существ назвала Аника.