Завтра Влад Талтош, джарег и убийца, так или иначе будет мертв. Я позаботился о том, чтобы привести все свои бумаги в порядок, и решил, что время, отпущенное на анализ собственных действий и побуждений, истекло.
Однако я отчаянно надеялся, что у меня еще будет возможность поделиться своими соображениями с Богиней Демонов перед тем, как все будет сказано и сделано.
Поздним утром меня позвали в нижнюю мастерскую Маролана, где он обычно производил свои эксперименты с магией. Я ужасно нервничал. Иными словами, меня охватил страх.
По пути я зашел за Айбином. Сетра, Деймар и Маролан уже собрались в мастерской, рассматривали черный камень и обсуждали какие-то проблемы. Они посмотрели на нас, и Сетра сказала:
– Эй, Влад, лови. – И бросила мне камень. – А теперь попробуй что-нибудь сказать псионически. – Я попытался, но получилось так же, как на Гринери, – никого не оказалось дома.
Я пожал плечами.
– А теперь, – предложила Сетра, – смотри. – Она сделала жест рукой, и моя рапира начала вылезать из ножен. Сетра остановила руку, и рапира скользнула обратно.
– Ну? – сказал я.
– Камень не оказывает влияния на волшебство.
– Хорошо. Но тогда…
Она подняла руку:
– А теперь, если не возражаешь, покрути Разрушитель Чар.
– Что? Ладно.
Я взял цепь в левую руку, пытаясь понять, что задумала Сетра. Цепь была живой, как любое оружие Морганти, но иной. Я сделал то, о чем просила Сетра. Когда цепь раскрутилась, она снова сделала свой жест. На сей раз ничего не произошло, я лишь почувствовал легкое покалывание в левой руке.
– Ну? – спросил я. – Мы знаем, что Разрушитель Чар противодействует волшебству. Вот почему я так его назвал.
– Да. Нечто, находящееся на острове, действует аналогично. Тебя ничего не удивляет?
– В каком смысле?
– Я до конца не понимаю, как действует твоя цепь. Ясно одно – она сделана не из золота. Твой Разрушитель Чар выплавлен из золотого Камня Феникса.
– Так вот как вы его называете? – вмешался Айбин, который вел себя так тихо, что я совершенно о нем забыл.
– А как называете его вы? – спросил Маролан.
– В моей стране, – ответил Айбин, – мы называем его булыжник.
– Меня совсем не удивляет, что Разрушитель Чар сделан не из золота, – торопливо заговорил я. – Этот материал значительно прочнее.
– Да. Черный камень блокирует псионическую активность, а золотой делает невозможным применение магии.
Я внимательно посмотрел на Разрушитель Чар:
– Однако внешне материал очень похож на металл, да и на ощупь тоже.
– Твоя цепь для меня загадка.
– Ну ладно. А теперь скажите, вам удалось выяснить, как попасть на остров?
– Весьма возможно. Раскрути еще раз Разрушитель Чар.
Я повиновался.
Сетра посмотрела на Деймара, кивнула и сделала свой жест. И снова моя рапира начала вылезать из ножен – только очень медленно. Сетра опустила руку, и рапира скользнула обратно.
– Выглядит неплохо, – сказал я. – Но как?
– А как Алира пробила стену, когда ты сидел в тюрьме на острове?
– Доимперское колдовство, – ответил я.
– Правильно.
– А вы владеете им настолько, чтобы обеспечить телепортацию? Я всегда считал, что такой тонкий контроль невозможен – именно для этого и сделана Держава.
– Да и нет, – заявила Сетра. – Я способна нарушить равновесие поля, которое создает Камень Феникса, что дает возможность Деймару направить энергию через золотой камень, игнорируя черный, создавая тем самым канал, по которому мой поток проходит через черный, минуя золотой. Очень непросто, – добавила она.
– Похоже на твое общение с Лойошем, – заявил Маролан. – Не чистая псионика, а скорее…
– Детали меня не интересуют, – перебил его я. – Меня вполне устроит, если ваша идея позволит нам решить поставленную задачу.
– Должна, – заверила меня Сетра. – Во всяком случае, если у нас будет четкое представление о месте, куда вас следует телепортировать.
Она посмотрела на Айбина. Он ответил ей вполне невинным взглядом.
– Хорошо, – сказал я. – Сетра, а как насчет возвращения обратно?
– Деймар попытается связаться с тобой.
– Хорошо, когда?
– Давайте обсудим.