– Родственники-то у тебя есть? – зачем-то спросил старый врач, хмурясь и снова накачивая браслет. – Тонометр, что ли, сломан… Чрезвычайно низкое давление показывает.
– Не сломан, – равнодушным голосом сказала Влада. – У меня упадок сил, нормально это. Могу набрать сил сколько угодно, если захочу. Просто не хочу.
Этот старенький врач вызывал желание продолжать разговор, пожаловаться, довериться… хотя сейчас он решит, что девушка, что сидит напротив него, спятила и бредит.
– Конечно, – согласился врач. – И давление бывает низкое, и упадок сил во время стресса. Не нужно так переживать, нужно смотреть в будущее.
– Нет у меня никакого будущего, – вырвалось у Влады. – Как мне теперь дальше жить, я не знаю. А давление мне мерить бесполезно, да и любая рана на мне заживает очень быстро. Извините, – добавила она, решив, что ненужная и непонятная для чужого человека откровенность была не к месту. Нашла время и место выворачивать душу наизнанку!
Но врач не подал виду, что она сказала что-то не то, только покачал головой и поправил очки.
– Не нужно извиняться, я все понимаю, – на лице врача появилась улыбка. – Все понимаю. Мы все совершаем ошибки, за которые нам больно. Другое дело, что иногда их можно исправить, а иногда – нет…
Голос врача все-таки показался странным, каким-то неестественно добрым. И выглядел он как в тумане – расплывчато, будто на него осело облако пыли.
«Что-то не то», – подумала Влада и, приоткрыв глаза, стала внимательно разглядывать старичка, который, улыбаясь, рассказывал о пользе прогулок на свежем воздухе для ее растущего и юного организма.
– Можешь быть сильной, но не хочешь. Это совершенно не твоя стихия, забирать у кого-то силы, и жить за чужой счет, – продолжал говорить старик. – Ты стремилась найти потерянное, сделала все, на что была способна, а сейчас думаешь, что потерпела неудачу. Ты считаешь, что у тебя ничего не вышло, не так ли?
– Егор, если это ты, морочишь меня… то признайся в этом, – задыхаясь, прошептала Влада, – там было пусто, в той ротонде… я в отчаянии…
– Егор? О нет, девочка, я не Егор, – улыбаясь, старый врач приподнял очки. – Но ты неправа – в ротонде не было пусто. И все, что ты сделала, было не зря.
– Тогда кто вы? – Влада задала вопрос, понимая, что сейчас ей очень не нравится пыльное облако, которое вилось вокруг старого врача. Это был не туман морока, а нечто совсем другое.
– В смысле, каков мой облик? – переспросил старик. – Облик всего лишь шелуха, оболочка, пыль…
Страшная догадка обожгла огнем, и Влада вскочила на ноги!
Первой мыслью было закричать, позвать кого-нибудь, прыгнуть через янв сквозь стену прочь. Вампиры услышат, поднимется тревога: Гильс и его свита наверняка где-то еще рядом.
– Некромант!
Догадка оказалась правильной – человек, сидевший на стуле, закивал и развел руками в стороны – дескать, что поделаешь, так и есть.
– Т-с-с… – старик приложил палец к губам. – Не нужно кричать, звать на помощь. Я пришел сюда не убивать. Просто… поговорить.
– Не убивать, как же! – Влада с ненавистью разглядывала пыль, которая теперь висела, как скафандр, вокруг фигуры врача. – Мертвая тварь, ты захватил человека, говоришь его голосом…
– Ну, вот, мертвая тварь… а раньше был милейший парень Жорик Темнов… – лицо врача расплылось в улыбке. – А теперь всего лишь пыль, собранная воедино некромагией. Пыль, которая может говорить только с чужой помощью. Сейчас с тобой разговаривает всеми уважаемый врач, к которому можно чувствовать только доверие. Я лишь на некоторое время подчинил его, совсем скоро отпущу…
И верно, с каждой секундой старенький врач все с большим трудом ворочал языком, а его улыбка стала неестественно застывшей. Когда-то давно, еще в Утесуме, умертвие захватило тело мальчика и разговаривало его голосом, то же самое происходило и сейчас.
– Сюда ты приполз за жизнью вампира, который погибает рядом, я знаю! Будь ты проклят, ты всех у меня отнял! Но ты погибнешь сам, тебя уничтожат!
Старик за столом, сморщившись, вдруг прошипел:
– С-с-спасти Егора хочеш-ш-шь?..
И это решило дальнейшее, Влада замерла на месте в нерешительности, не сводя глаз со старого врача, сидящего в ужасном пыльном облаке.
– Ся-я-я-ядь… – продолжал шипеть в чужом теле некромант. – Иначе никогда тролля не увидиш-ш-шь, и старик погибнет зря…
Влада, подумав, опустилась обратно на стул, не сводя взгляда с двух стекол очков, в которых отражались тусклые красные отблески ее собственных глаз.