Глава 1
Я помню день встречи с ней, как будто это было вчера.
Она была одета в синее платье в мелкий белый горошек, а на светлых волосах был повязан синий бант. Она привлекла моё внимание тем, что совершенно спокойно сидела, в то время как в актовом зале ревела буря в виде десятка детей. Они топали и визжали, словно стадо потерявшихся баранов. Она была словно оазис в пустыне, где хотелось напиться. Излучая внутреннее сияние, девочка гипнотизировала меня, даже не касаясь взглядом. Я заметил, как она улыбнулась, открывая ряд ровных белых зубов, и помахала рукой матери, которая искренне ответила ей и послала воздушный поцелуй.
Моя мать никогда мне не улыбалась, мы и разговаривали то не часто.
— Мама!
— Поди прочь, ко мне пришли!
Первое, что я помню — это круглосуточный детский сад и выходные с матерью, которой я был не нужен.
Уходя в свою комнату, я каждые выходные наблюдал, как новый мужик заходит к ней в спальню и уходит через час, очень редко оставаясь на ночь. Я ненавидел их, я ненавидел мать, я ненавидел детский сад, в котором воспитатели менялись так же часто, как мужчины в нашей квартире.
Но больше всего я возненавидел детский дом, в который меня отправили после того, как маму зарезал один из ее мужиков прямо на моих глазах.
— Твоя мать была шлюхой, не жалей ее.
— А кто ты? Убийца?
— Да. Но ты жив. Потому что у меня есть принципы.
С матерью жилось плохо, но в детском доме приходилось выживать.
— Вы никому не нужны!
Эту фразу, как молитву, повторяли нам изо дня в день. Усыновляли лишь младенцев, а у остальных же не было шанса. Мечты о семье и любви остались за чугунными воротами этого заведения.
В детском доме приходилось драться, разбивая руки в кровь буквально за все: за нормальный обед, за спокойную ночь, за остатки одежды, за девственность. Возраст и пол никого не волновали. Выживи или сдохни — вот был наш девиз.
Я выжил и даже был относительно здоров, когда меня забрал отец. Впервые увидев его, я не смог сдержать восторга. Мечты о нормальной семье прочно засели в моей еще наивной голове. И вот, он появился; высокий, очень приятной наружности с темными глазами и в строгом сером костюме. А роллекс на его запястье выдавал в нем обеспеченного человека.
Но радовался я недолго. Как оказалось, мать забеременела от состоятельного любовника, но он отказался содержать ее и дал денег на аборт.
— Она должна была избавиться от тебя.
— В детском доме от меня тоже пытались избавиться.
На вопрос "почему он меня забрал?" никто не посчитал нужным ответить. Но первый же поход в магазин игрушек все расставил на свои места. За нами неотступно следовала видеокамера, снимая будни семьянина Колесникова — будущего депутата городской думы.
Я оценил подарки, которыми наградила меня судьба. Собственная комната и няня, лучший детский сад и личный водитель, не говоря уже о новой, дорогой одежде и огромном телевизоре.
С тех пор единственной фразой ежедневно услышанной от отца было «Спокойной ночи». Но я понимал, что как только закончатся выборы — меня отправят обратно.
Я старался быть идеальным ребенком, очень прилежным и воспитанным. Я не хотел возвращаться в детский дом, но остаться в этой идеальной жизни мне бы не позволили. Все изменилось, когда однажды ночью я услышал эти звуки.
— Сука, тварь. Скажи что тебе нравится, когда я выкручиваю твои соски.
— Да, да, очень нравится, мой господин!
— Сколько ударов ты хочешь получить еще?
—Как скажет мой господин.
Жизнь в детском доме приучила меня думать быстро. Картины подобного характера я видел нередко. Они вызывали стойкое ощущение тошноты, но не понять, как это выгодно для меня, я не мог. Мыльница, которую мне купили в очередной «семейный» поход по магазинам, наконец-то пригодилась.
Умение быть незаметным тоже оказалось полезным. Ракурсов того, как отец придается разврату было достаточно, уже не говоря о том, что под ним лежала еще совсем девчонка.
Все вышло как нельзя лучше.
— Ты щенок, кому ты это сможешь показать?
— Любому, кому будет интересно выслушать сына Ильи Колесникова.
Отец, конечно, бушевал и даже побил меня. Но что такое несколько побоев, по сравнению с жизнью в таком доме.
Вот так я оказался на празднике в элитном детском саду, где и встретил ее.
— Всем внимание! Распределяемся на пары для детского парада!
Малыши наконец-то уселись по своим местам, и старшим детям необходимо было выбрать себе из них кого-нибудь в партнеры. Я направился прямо к своей светлой девочке, так я теперь ее называл. К ней попытался подойти мальчик в смешном зеленом костюме, но наткнулся на мой взгляд. Через мгновение он уже нашел другую партнершу.