Терин сорвал несколько крупных виноградин с грозди над головой. Гарид заворожённо смотрел, как он одну за другой вкладывает их в истекающее соками лоно женщины. Обмякшие конечности Визай дрогнули, она подняла голову.
Гарид отодвинулся, наблюдая, как Терин нежно высасывает одну виноградину за другой из сочного отверстия. Он разгрызал их зубами, причмокивая, наслаждаясь её плотью, слизывал соки, щедро работая языком. Ему пришлось крепко сжать её бёдра, чтобы она не ёрзала. Он принялся двигать все кольца вперёд-назад, слегка покусывая их. Руками он тянул нити от наружных губ, одновременно всасывая в рот внутреннюю плоть вместе с кольцами, и Визай взревела, испытав ещё один мощнейший оргазм, содрогаясь так, что задрожали балки.
Терин, тяжело дыша, болезненно ухмыльнулся Гариду.
— Надо поскорее войти в неё, иначе я кончу прямо здесь, — сказал он и отвязал верёвку от кольца на стене.
Гарид испугался, что он её уронит, но она опустилась лишь до уровня его промежности. Рука Терина гладила изгиб её красивой попы.
— Что ты хочешь? — спросил он Гарида.
— У тебя есть кольцевой кляп?
Терин мгновенно сбегал в дом и вернулся, держа Визай за волосы. Гарид заменил кляп во рту на кольцо. Женщина заскулила в знак протеста, и, прежде чем вставили кляп, потянулась ртом к его промежности.
— Обычно я использую это только для наказания, — сказал Терин. — Она хочет позаботиться о тебе без него. Но тебе решать.
— О, если она хочет по-своему, она точно его получит.
Гарид сверкнул глазами в сторону друга, крепко зафиксировав кляп у неё во рту. Терин, выполнив обязанности хозяина, забыл о том, что происходит с другой частью тела. Он достал напряжённый член, осторожно раздвинул шнуры от промежности, широко раскрыл её и вошёл.
Гарид какое-то время наблюдал, затем посмотрел на лицо Визай. Кольцо растягивало её губы, ремешки оттягивали уголки рта назад. Она с трудом подняла голову, посмотрела на него затуманенным, полузакрытым взглядом и снова опустила. Он достал свой напряжённый член, вытер предэякулят о её лицо, схватил за уши и вставил член в кольцо, а потом в горло. Она научилась контролировать рвотный рефлекс долгой практикой, и Гарид чувствовал, как она старается языком и мышцами горла доставить ему удовольствие. Но в этой игре она была лишь сосудом. Они с Терин вошли в ритм, двигая её вперёд-назад, словно раскачивающийся маятник с отверстиями на обоих концах. Они продолжали, даже немного отодвинулись, чтобы ей приходилось тянуться дальше — туда-обратно, на всю длину членов, насаженных с обоих концов, как кусок мяса на вертел.
Когда они уже не могли сдерживаться, то по очереди с силой вошли в неё до упора и кончили глубоко внутри.
Они пообедали за маленьким столиком во дворе. Стол поставили достаточно близко к голове Визай, чтобы Терин мог кормить её кусочками, вынув кольцевой кляп. Колокольчики на концах тонких нитей свисали почти до земли, и Терин развлекался, вытягивая ногу и задевая их. Голова Визай безвольно свисала, она послушно и беззвучно принимала угощения. Гарид снова проверил её руки и ноги. Затем он подтянул её соски к столу и завязал нити достаточно туго, чтобы они больше не свисали свободно. Он сел заканчивать еду. Соски Визай натянулись к нему, из-за натяжения в кольцах виднелись крошечные дырочки. Она захныкала, с опаской покосилась на свою грудь и повисла ещё неподвижнее, чем раньше.
— Она сможет стоять неподвижно, пока ты её хлещешь? — спросил Гарид.
Терин осмотрел упругие коричневые бутоны и ухмыльнулся.
— Придётся, не так ли?
Они снова заткнули ей рот кляпом и пристегнули голову к центральному кольцу, подняв так, чтобы она больше не могла смотреть на грудь. Теперь она уже по-настоящему всхлипывала.
— Разве ты не говорил, что соседи расстроятся, если узнают про порку? — спросил Гарид.
Терин указал на небольшую коробку в углу.
— Лейв раздобыл для меня подержанное поглощающее поле.
Гарид оценивающе посмотрел.
— Какого размера?
— С комнату, не больше. Но портативное.
— Это может пригодиться.
— Приходится таскать из комнаты в комнату, что в пылу иногда проблема. Но пока что… — он повернулся к Визай, с преувеличенно злобной ухмылкой потирая руки и шипя: — …никто не услышит твоих криков.
Гарид фыркнул. Терин сходил в дом и вернулся с гибким хлыстом средней длины.
— Этот обошёлся в копеечку, но свистит и шлёпает замечательно, — в ответ на взгляд Гарида он ухмыльнулся. — Да, мне нравится, что можно для разнообразия пошуметь.