Мы простились с Иваном уже на околице. Эвенк отправился ночевать в общую избу, просторную и вполне добротную — строили-то для себя! Я же зашагал к себе — в небольшую фанзу, крытую тростником и наскоро выстроенную еще в начальные времена нашего обустройства.
Ничего! На следующий год, дай Бог, выстроим и пристань, и новые дома, и много чего еще! Укрепимся…
А, может быть, действительно — укрепления? Частокол, стены, мощные ворота — будет совсем, как американский форт где-нибудь на Диком Западе! Еще пушки установить… путь даже небольшие для устрашения больше!
Да, как на Диком Западе в Северо-Американских Соединенных штатах! Только вот хунхузы — не индейцы и ни в коем разе не дикари! Они и сами использовали полевые укрепления при обороне стоянок, устраивали земляные валы и частоколы, называемые — диинцзы и окружённые полосой открытого пространства. И так же умели все эти укрепления брать!
Да, у хунхузов была четкая тактика, ключевым элементом которой были засады и маскировка. Частенько практиковались ночные нападения: бандиты нарушали сон противника стрельбой и шумовыми эффектами, доводя солдат до нервного истощения. Еще любили ложные отступления — заманить преследователей в ловушку, а затем внезапно атаковать.
Что же касается вооружения, то многие банды до сих пор использовали пики, мечи, сабли и капсюльные ружья. Впрочем, все чаще появлялись револьверы и винтовки с большой прицельной дальностью стрельбы. Как сказала одна моя хорошая знакомая — на оружие хунхузы не экономили.
Строить стену — та еще идея. Накладно, долго и дорого.
Однако же, что можно сделать? Что такого нового мог бы придумать я, купец первой гильдии Александр Андреевич Громов?
Впрочем, не совсем Громов… Вернее, даже совсем не Громов…
Войдя в дом, я уселся на лавку и прикрыл глаза…
Вспомнил свой двадцать первый век… год две тысячи двадцать шестой…
Моя строительная фирма подписала контракт на строительство элитного торгового центра. Финансирование — ого-го! Это вполне позволяло нам не только рассчитаться со всеми долгами, но еще и взлететь вверх. И это — на фоне всеобщего падения экономики и спроса!
Что ж, отметили… Дорогой ресторан, дорогой виски, улыбки партнеров, пусть неискренние, но… какая к черту разница, когда в кармане — только что подписанный контракт? Бизнес есть бизнес.
Пили. И домой не хотелось. Домой…
Пустующая студия в центре, холодильник с дорогой едой и большой телевизор. Жены нет. Детей нет. Одни договора и счета. И приближение старости. Так вот…
Решил прогуляться пешком…
А дальше все, как в тумане… и как в плохом кино! Гопники, испуганная девчонка, спонтанно возникшая драка…
И короткий звонкий удар в затылок. И звон в ушах…
Я упал на асфальт, по лицу разлилось что-то теплое и липкое. Последнее, что я помнил — грязные кроссовки рядом с моим лицом. И нож в руках бандита.
Нет, это был не хунхуз. Обычный городской гопник… гопники… Банда…
Очнулся я в комнате с высоким потолком и темными деревянными стенами. В углу — массивный шкаф с резными узорами, напротив — комод с мраморной столешницей, большой медный таз и кувшин. Кресло с гнутыми деревянными ручками и выцветшей обивкой. На стенах — темные картины в рамах, изображавшие какие-то пейзажи, икона в красном углу, завешанные тяжелыми портьерами окна…
Новенькая серебряная монета с насечкой по краю, двуглавым орлом и вензелем государя императора Александра… Александра Третьего.
И дата — 1883-й год!
Так-то вот…
Форт Громов — это уже мое, выстраданное! Все еще только начиналось, и было такое чувство что здесь кругом — молодой, еще не устоявшийся мир, который можно было легко менять, перестраивать, устраивать под себя… Впрочем, не очень-то легко — это уж я сказанул… Вернее — подумал.
Встав, я попил из графина воды и подошел к зеркалу в большой темной раме. В зеркале отразился дюжий, еще совсем не старый, мужчина лет сорока. Квадратное лицо с густой темной бородой, тронутой проседью у подбородка и на висках, широкий, слегка приплюснутый нос. Небольшие, глубоко посаженные, глаза — темные и немного уставшие. На лбу и у внешних уголков глаз — резкие морщины — следы не то забот, не то частого хмурого выражения лица. Волосы, темные и густые, с сильной проседью на висках, небрежно зачесаны назад, кое-где выбиваясь непослушными прядями. Такой вот образ. И кое-кому, похоже, он пришелся по душе…