Я пронаблюдала, как с радостными криками с нее скатывались две девицы. После первого же изгиба их развернуло на месте, так что теперь они ехали задом, хватаясь друг за друга. На втором повороте, их все-таки выровняло, но впереди был самый отвесный участок и небольшой трамплин. Девушки верещали, будто их режут. На трамплине барышень подбросило так, что оторвало друг от друга и раскидало в разные стороны.
Дернулась бежать их лечить, но вовремя увидела, что приземлились они на огромную воздушную подушку, которая теперь быстро сдувалась.
Девушки уходили абсолютно счастливые.
Организатор горки явно маг-воздушник.
— Какой сейчас номер? — спросил Александр у мужичка, который проверял билетики и запускал сейчас пару очевидно влюбленных горожан.
— Шестьдесят седьмой, — ответил он и гаркнул: — Шестьдесят восьмой, пааадходи!
— Это мы, — советник протянул ему билет.
— Ждите, после этих, — кивнул на парочку, взбирающуюся по длиннющей вертикальной лестнице.
— Как мы вовремя, а, — обрадовался Александр.
— Я туда не полезу! — заявила.
— Ну Анна, это не страшно, — уговаривал он.
— Я сходу могу перечислить пять видов травм, которые тут можно получить, — заупрямилась я.
— Я не дам тебе пострадать, — пообещал он.
Тем временем пара приземлилась в обнимку. Девушка безо всякого стеснения поцеловала парня.
Толпа взорвалась улюлюканьем и подбадривающим свистом. Видимо, это здесь обычное дело.
— Ну в крайнем случае, я воскрешу тебя и заберу себе, — он подмигнул мне.
Я подавилась воздухом.
Значит, не приснилось.
У, стыдно-то как.
— Проходите, — позвал нас мужичок. — Шестьдесят девятый, пааадходи!
Из толпы начали пробираться следующие.
— Ну давай, — он протянул мне руку. — Могу поднять на щите, если боишься лезть, Анна-трусишка.
— Я не маленькая, меня таким не возьмешь, — ответила я, но руку в ладонь вложила.
— Заходь, не тормози, — поторопил мужик.
И я первая начала подниматься по лестнице, крепко хватаясь за перекладины.
Вот когда я порадовалась, что ношу брюки.
Опасливо ступила на площадку, не отказавшись от помощи паренька, который наверху выдавал покрывала. Он дождался, пока Александр тоже выберется и начал инструктировать:
— Барышня спереди.
Я уселась, опасаясь, что вся моя отвага сейчас окончательно улетучится. Сверху горка выглядела еще страшнее.
Александр уже устраивался позади. Он прижал меня к себе спиной, крепко обняв руками.
— Зубами не щелкать. За горку не цепляться. Если что, маг подхватит. На поцелуи десять секунд, — закончил инструктаж парень и столкнул нас вниз.
Твою ж мать.
Ну Рид, я тебя прибью!
Кажется, я не сдержала крик. Воздух вышибло из легких. Перед глазами все мелькало. За спиной в голос смеялся Александр, но руки его все так же надежно держали меня.
На трамплине нас подбросило вверх. Александр в полете развернул меня к себе лицом, окутал фиолетовыми некроманскими щитами.
Каюсь, я завизжала.
Приземлилась на удивление мягко.
— Чего ж ты так вопишь? — раздался подо мной слегка приглушенный голос советника.
Теперь понятно, почему мне так удобно было падать.
Я попыталась встать на колени, приподнялась на дрожащих руках. Александр интуитивно положил руки мне на бедра.
Подняла голову, чтобы осмотреться. Но щиты стали насыщенного фиолетового цвета, потеряли прозрачность.
Испытала благодарность к Александру за это — мы сейчас не в самой приличной позе. В самой неприличной. Советник лежит плашмя, а я стою над ним на четвереньках.
Сердце колотилось, словно хотело выпрыгнуть и уйти от непутевой хозяйки, которая не бережет его.
— Неужели так трудно кому-то довериться? — спросил Александр.
Я интуитивно опустила голову на его голос, волосы высыпались из-под капюшона, укрывая наши лица от посторонних взглядов, хотя щиты и так справлялись с этой задачей.
Он резко замолчал, впился взглядом в мои губы.
Между нами было меньше двадцати сантиметров. Мне стоит только слегка наклониться…
Видят Боги, это единственное, чего я сейчас хотела.
Время тянулось, текло расплавленным воском, раскаленными каплями опадало на мои обостренные чувства.
— Ну же, Анни, решайся, — прошептал Александр.
— А если решусь? — вопрос не праздный.
Все шло к этому с того первого вечера, когда советник пригласил меня на ужин.
Пора бы перестать лгать хотя бы самой себе. Великого чувства, может, и не возникло, но отрицать взаимное влечение уже невозможно.