Толпа отреагировала на это решение бурно: «Слава князю! Свободу подмастерью!» Всем стало хорошо: поднялась популярность у правителя, появилась вера в справедливость, почувствовалось народное единство. Первый акт драмы явно удался. Милонегу конвойные развязали руки. Илона, с поклоном Герденю, схватила его за локоть и потащила сквозь толпу, уводя к тёткиному дому. А позади продолжилось действо по переводу плоти в неживое состояние при множестве свидетелей.
- Забежим на рынок, наши должны быть там.
- Бежим! – ответила Илона.
На гужевой стоянке стояли оба купеческих воза и Рыжуха. Афанасий с двумя подручными подошёл вскоре, поздравил с освобождением.
- Передай сотнику, что мне придётся задержаться. Удачного вам возвращения! – пожелал Милонег своим бывшим спутникам. Оседлав свою лошадь он, посадив Илону позади себя, направился к дому её тёти. Забрав приданное, парочка покинула Полоцк, не желая далее испытывать судьбу. До захода солнца они уже были в лесочке, рядом с домом девушки. Несколько просевший, но всё ещё годный шалаш из пожухшего лапника стоял на опушке с лета. Тот самый, возле которого они познакомились.
- Разведи костёр, милый.
- Сейчас согреемся, - Милонег поджёг, с помощью кресала, льняной трут, от которого подпалил комок сухой травы. Вскоре загорелся и мелкий хворост, поверх которого десятник набросал веток потолще. Пламя колыхалось в трёх шагах от входа в шалаш, обдавая жаром его обитателей. Парочка, не раздеваясь, расположилась на расстеленном плаще десятника. Губы встретились с губами, руки обнимали такие желанные друг другом тела, разум замутился и обмяк под напором нахлынувшей страсти. Только Рыжуха следила за окружающим миром, готовая заржать при появлении посторонних.
После первой близости, Илонка оказалась сидящей сверху всадницей. Милонег видел отчётливо лишь её силуэт, подсвеченный костром контур распущенных волос, лицо же еле угадывалось в вечерней полутьме на фоне огня.
- Как ты палача приструнила? Расскажи!
- Да всё просто – мысленно протянула руку, вошла ею в грудную клетку и сжала сердце…не сильно. Почувствовала, как оно замерло, а потом задёргалось. Мне просто пауза нужна была.
- Ведьмочка ты моя, - Милонег погладил по волосам свою возлюбленную, положил руки ей на талию. – Запомни, ты – самая любимая женщина на земле! Ты будешь моею женою. Ты моя маленькая богиня…и колдунья. Я буду вечно тебя любить!
- А я тебя, мой господин, - Илонка поддержала романтический настрой любимого.
- Однако, как и тогда, в первую встречу, довольно быстро темнеет.
- Вставай, поехали домой, к родителям.
Они проделали тот же самый путь, что и летом. Своим появлением парочка устроила переполох в отчем доме - родители и младшая сестра уже легли спать. Зажгли пару лучин. Пока мужчины знакомились, женщины узнавали про все перемены, случившиеся в жизни близких за последнее время. Анна собрала на стол душистого, тёплого ещё хлеба, солёных грибов, капусту, репу, вяленую зайчатину и хмельного мёда.
- Всё же не утерпел, съездил за Илонкой в Полоцк? – спросила она Милонега.
- Так получилось, служба и любовь сплелись, в нужный мне город судьба помогла попасть, - ответил он.
- А от тётки почему раньше уехала? - обратилась Анна к дочери.
- Она от палача меня отбила, обещала замуж выйти, - ответил за любимую Милонег. – После этого мы решили побыстрее убраться из города.
- Тааак, накручено там много всего, - отец налил по полной себе и гостю, женщинам по половинке, - Выпьем за удачное разрешение всех бед!
- И за будущее счастье! – добавил Милонег.
Выпили. Зажгло постепенно внутри, потеплело, особенно у оголодавших путешественников. Все набросились на закуску. Милонег достал серебряный перстень из кошеля, поднёс его к безымянному пальцу Илоны.
- Родители любимой моей, Савва и Анна, прошу руки вашей дочери. От того, что далеко живём друг от друга, нет пока возможности посватать Илону по старинным обычаям, соблюсти все правила. Сегодня обручение и запой мы проведём для себя, между своих. А весной, поставлю новый дом в Великом Новгороде и сыграем свадьбу, будет Илонка сразу хозяйкой в своём доме.
- Хватит ли денег на новый дом? – спросил отец Илоны.
- Хватит, уже хватает, а к весне ещё прибавится!
- Меня Савва чем пленил? – разоткровенничалась захмелевшая Анна. – В свой дом привёл, не в родительский! Я под свекровью ни дня не жила. Дочери своей того же желаю!