Он думал о многом: и об Афганистане, в который он полетит относительно скоро, и о том, что ему предстоит делать там, а также о том, что он будет делать после него.
В Афгане он должен прослужить два года, а это значит, что к моменту его возвращения на дворе будет 1985 год…
«То есть, Горбачёв и его команда уже будут у власти и начинается „ускорение“, вернее, „ускорение движения к развалу“ или как это назвать иначе», — подумал Директор. — «Но для нашего плана это явление, скорее, прогрессивное и положительное — Меченый позволит учреждать маленькие кооперативы».
В его плане есть одна серьёзная уязвимость, которую нужно срочно решить, сначала в теории, а затем и на практике. Уязвимость эта — надёжные люди.
Он никого не знает, ни в ком не уверен, поэтому проблема стоит под острым углом.
Намётки решения у него есть, ведь время хорошенько подумать было, но ему до сих пор не очень понятно, каким образом ко всему этому подступиться…
— Старший лейтенант Жириновский! — позвал его капитан. — Ко мне!
*СССР, Узбекская ССР, посёлок Азадбаш, в/ч 64411, 3 июля 1983 года*
Директор вышел из казармы и направился не в курилку, как остальные, а в библиотеку.
Несмотря на неприятный климат, к которому не так уж и просто адаптироваться, Директор скрупулёзно готовится и тренируется. Ему очень нужно закончить учебку с отличием, что у него уже неплохо получается — боевую подготовку он сдал на отлично, и теорию, и практику, но с языком так просто не получается.
Всё-таки, у него было слишком мало времени, поэтому приходится заниматься дополнительно — всё свободное время.
Увольнительные в Чирчик или Ташкент он не берёт, потому что у него трудности с терминами марксизма-ленинизма на фарси.
Также есть сложности с типичными заимствованиями из пушту — дари ведь не совсем фарси и в Афганистане все народы позанимали друг у друга сотни слов.
Но трудности и сложности устраняются с помощью элементарной зубрёжки, которой Директор и занимается уже который день. К моменту выпускных экзаменов он выучит всё, что нужно — такова его цель.
Завершение курса с отличием очень важно, так как это позволит избежать окраинного и второстепенного гарнизона и почти гарантирует отправку в Кабул. А в Кабуле находится всё, что ему нужно и все, кто ему нужны.
Войдя в библиотеку, он набрал с полок нужные книги и засел за столом, полностью погрузившись в словарь и учебник.
Он отвлекался лишь чтобы посмотреть на часы и не пропустить ужин.
Несколько часов спустя, в библиотеку зашёл подполковник Тюкавкин.
Дмитрий Иванович очень полюбил беседы с ним, потому что ему очень интересны взгляды Директора на международную политику и ситуацию с кадрами.
Тюкавкину сорок лет с лишним, он заместитель начальника учебного центра по боевой подготовке и отслужил полную командировку в Афгане.
— А, вот ты где! — увидел его подполковник.
— Здравия желаю, товарищ подполковник, — встал и козырнул Директор.
— Вольно, — махнул рукой Дмитрий Иванович. — А-а-а, ты всё в своём фарси… Сильно отвлекаю?
— Никак нет, товарищ подполковник, — ответил Директор.
Тюкавкин сел напротив него и достал сигареты.
— Итак, вчера мы остановились на вопросах о личном составе, — напомнил он, закурив. — Ты сказал, что есть некие массы «средних»…
— Ах, да, — улыбнулся Директор. — Я не договорил о распределении Гаусса. 100 % — это все ученики обычной школы. Примерно 10–15 % — это откровенные двоечники, 20–25 % — это троечники, 30–40 % — это ударники, а 10–15 % — это отличники, среди которых лишь 2–3 % — это таланты. Существуют факторы, изменяющие это соотношение, но оно верно в среднем по Союзу. И главная задача — выявить эти доли, чтобы выработать к ним свой подход.
Подполковник задумчиво погладил подбородок. Он подумал пару десятков секунд, а затем коротко кивнул.
— По ощущению, у нас тоже так, обычно… — согласился он.
— Это идёт вразрез с принятой у нас образовательной доктриной, но я считаю, что нужно отбирать самых талантливых учеников, выделять на них больше ресурсов, и гранить эти алмазы в бриллианты, — продолжил Директор. — Остальных бросать не нужно, но изо всех сил тащить их — это нерационально. Можно вытягивать двоечников и делать из них троечников, троечников вытягивать до ударников, а ударников до отличников, но не более этого. А вот для выполнения поставленных задач, то есть, достижения высших результатов, необходимо брать лучшие кадры и ковать из них выдающиеся.
— И как это применимо к нам? — сразу же спросил подполковник Тюкавкин. — То есть, к учебному центру.