– Слышь, брателло, - раздался в трубке взволнованный голос начальника Администрации Владимира Владимировича™, - тут такое дело… Гусинского арестовали.
– А кто это? - немного удивленно спросил Владимир Владимирович™.
– Ну как это… - растерялся глава Администрации, - Ну Гусинский! Олигарх!
– Я всех олигархов знаю, - строго сказал Владимир Владимирович™, - Абрамович, Дерипаска… ну там, Ходорковский вроде как еще…
– А Гусинский? - ничего не понимающим голосом спросил глава Администрации, - А Березовский Борис?
– Борис Березовский? - спросил Владимир Владимирович™, - Это кто?
Глава Администрации тихо положил трубку. Владимир Владимирович™ сделал то же самое, удовлетворенно улыбнулся и включил воспроизведение записи с черного ящика.
Однажды Владимир Владимирович™ совершал задумчивую прогулку вокруг Кремлевской стены. Шел дождь, и зонт надежно скрывал лицо Владимира Владимировича™ от прохожих, поэтому никто не мешал ему решать важные государственные вопросы.
"Глазьев - это, конечно, хорошо", - думал Владимир Владимирович™, - "Но ведь нельзя же так с Геннадий Андреичем… все же пожилой человек, ветеран, можно сказать… Эх…"
Владимир Владимирович™ так и сяк раскладывал в голове будущий возможный состав Государственной Думы. По всему выходило, что будет хорошая Дума. Владимир Владимирович™ улыбался.
– Вован! - вдруг услышал Владимир Владимирович™ чей-то не очень интеллигентный голос, - Вован! Путин!
С набережной, через проезжую часть и широкий газон к Владимиру Владимировичу™ бежал румяный человек с брюшком. Папкой с какими-то документами человек прикрывал лысеющую голову от дождя. Костюма на человеке не было.
Владимир Владимирович™ незаметным движением руки остановил насторожившуюся охрану. Он узнал в человеке своего одноклассника и сейчас судорожно пытался вспомнить, как же его звали.
– Вован! - подбежал человек и протянул Владимиру Владимировичу™ пухлую розовую руку.
Владимир Владимирович™ осторожно пожал.
– Ну чё, ты как? - человек хлопнул Владимира Владимировича™ по плечу и радостно улыбнулся, - Все в шпиёнах, да? Наша служба и опасна и трудна, да? С чего начинается родина, да? А я вот вишь, забурел, забурел, да…