Владимир Владимирович™ сделал эффектную паузу.
– Мы будем брать деньги с тех, кто не придет голосовать!
Глава Администрации молчал, потрясенный мудростью Владимира Владимировича™.
– Мы будем штрафовать тех, кто не голосует, - продолжал Владимир Владимирович™, - Так и явку повысим, и деньги соберем. Устроим праздник какой-нибудь, Колю Баскова позовем, Надежду Бабкину…
– А давай так, - предложил глава Администрации, - Давай прямо сейчас соберем денег со всего населения страны, а тем, кто придел голосовать, будем отдавать назад.
Владимир Владимирович™ задумался. План главы Администрации был очень заманчивым.
"И до выборов остается время, чтобы занять себя какой-нибудь важной государственной работой" - думал Владимир Владимирович™, - "На съезд партии я уже сходил, больше от меня вроде ничего не требуется…"
– Я позвоню Вешнякову, - сказал Владимир Владимирович™ главе своей Администрации и отключился.
Однажды поздним вечером Владимир Владимирович™ Путин возвращался по Рублево-Успенскому шоссе к себе домой. Машина мягко двигалась по узкому извилистому шоссе, с обеих сторон которого нависали тяжелые кроны деревьев. Было тепло и уютно.
– Я буду честно, честно, честная ё, - мурлыкал себе под нос Владимир Владимирович™, подпевая противному женскому голосу, тихо звучащему из светящегося красными огоньками радио.
Вдруг длинный и просторный лимузин Владимира Владимировича™ резко затормозил. Раздался визг шин, салон наполнился отвратительным запахом горящих тормозных колодок, а Владимир Владимирович™ слетел с мягкого кожаного дивана и ударился головой в стеклянную стенку, отделяющую водителя.
– Что такое!? - вскричал Владимир Владимирович™, - Чечены?!
– Ежи, Владимир Владимирович™, - раздосадовано ответил водитель через переговорное устройство.
– Какие ежи? - с ужасом в голосе спросил Владимир Владимирович™, - Противотанковые?! Ну, точно - это чечены…
Владимиру Владимировичу™ стало страшно.
– Да нет, - сказал водитель, - Обыкновенные ежи. С иголками. Бегают через шоссе, ну не давить же… жалко…
Владимир Владимирович™ сел на диван, отряхнулся и нажал на кнопку. Толстое пуленепробиваемое стекло бронированного лимузина мягко и беззвучно опустилось вниз. На обочине шоссе сидел большой свернувшийся лесной еж. Еж выставил иголки и рассерженно шипел. Ежу было страшно не меньше, чем Владимиру Владимировичу™.