– Не понял, - сказал Владимир Владимирович™, глядя на газету.
На первой полосе под заголовком "Полный истец" был изображен Владимир Владимирович™ Путин. Текст соответствующей статьи был напечатан вверх ногами.
– В общественных кругах выдвигались предположения, - прочитал Владимир Владимирович™ подпись под своим президентским изображением, - что иск Альфа-банка к идэ Коммерсантъ инспирирован Кремлем. В редакции считают, что это не так.
Владимир Владимирович™ улыбнулся и раскрыл газету. Внутри было пусто.
– Не понял, - снова сказал Владимир Владимирович™, - А статьи-то где?
Владимир Владимирович™ нажал на кнопку вызова заместителя своей Администрации Владислава Юрьевича Суркова.
– Слышь, брателло, - сказал Владимир Владимирович™, - А че это с "Коммерсантом"-то случилось? Одна-единственная статья, и та вверх ногами. Это теперь всегда так будет?
– А че, - ответил Владислав Юрьевич, - Мне нравится. Евреи вон вообще справа налево читают, и ничего. А у нас будет газета, напечатанная вверх ногами и с большим количеством пустого места. Надо же как-то выделяться среди других сми. Говорят, весь тираж расхватали, теперь допечатывают.
– Хм… - задумчиво пробормотал Владимир Владимирович™, - И чего только люди не придумают…
Владимир Владимирович™ сложил газету, положил ее в стопку просмотренной прессы и взял другое издание.
Вторник, 1 февраля 2005 г. 13:52:35
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем рабочем кабинете и смотрел прямую интернет-трансляцию из кабинета руководителя фракции "Родина" Дмитрия Олеговича Рогозина.
Дмитрий Олегович и его соратники голодали.
Вдруг дверь кабинета руководителя фракции открылась, и в помещение вошла Первый заместитель председателя Государственной Думы Любовь Константиновна Слиска с пакетом в руках.
– Я пришла не от "Единой России", - сказала Любовь Константиновна, - А как депутат и как человек. Я с пониманием отношусь к вашей к голодовке, однако, учитывая риск для здоровья, считаю необходимым ее срочно прекратить.
С этими словами Любовь Константиновна поставила свой пакет, достала оттуда баночку белужьей икры, брикетик вологодского масла, половинку бородинского и торопливо сделала бутерброд.
– Ешь! - сказала Любовь Константиночна, поднося пищу к пунцовым губам Дмитрия Олеговича. - Слышишь, Рогозин? Ешь сейчас же. Ну!