– Да ладно… - не поверил Владимир Владимирович™, - Что, прям на Сочи?!
– Не, ну не прям на Сочи, - сказал Сергей Кожугетович, - В море, на подлете.
– Ничего себе… - пробормотал Владимир Владимирович™, - И много народу?
– Человек сто, - ответил Сергей Кожугетович, - Вылавливаем.
– Да… - протянул Владимир Владимирович™, - Надо бы, что ли, траур объявить…
– Траур? - удивился Сергей Кожугетович, - Зачем? Мы ж по такой ерунде трауров никогда еще не объявляли.
– Ничего себе ерунда! - быстро сказал Владимир Владимирович™, - Это же Сочи! А представляешь он упал бы на мою дачу! Как бы я потом там отдыха, а?! Обязательно траур!
Владимир Владимирович™ положил трубку и стал набирать номер чиновника, отвечающего за траур.
Четверг, 4 мая 2006 г. 23:53:26
Однажды Владимир Владимирович™ Путин сидел в своем кремлевском кабинете и испытывал чувство жажды.
Владимир Владимирович™ нажал на кнопку вызова своего секретаря.
– Слыште там… - сказал Владимир Владимирович™, - Принесите мне, что ли, Боржоми.
– Боржоми нету, - ответил секретарь и почему-то обиделся.
– Как это - нету? - удивился Владимир Владимирович™, - Куда ж оно делось?
– Говорят, Онищенко запретил, - сказал секретарь.
– Онищенко? - переспросил Владимир Владимирович™, - А ну-ка, соедините меня с ним.
– Минуточку, - ответил секретарь.
Спустя несколько секунд Владимир Владимирович™ услышал в трубке голос главного санитарного врача Российской Федерации Геннадия Григорьевича Онищенко.
– Слышь, брателло, - сказал Владимир Владимирович™, - Ну ты че, вообще офигел? Где Боржоми-то?
– Я за… - испуганно ответил Геннадий Григорьевич, - Запретил я его!
– Запретил?! - удивился Владимир Владимирович™, - Зачем?!
– Так это… - растерялся Геннадий Григорьевич, - Контрреволюция же!
– Боржими-то тут причем? - не понимал Владимир Владимирович™.
– Грузинское, - бормотал Геннадий Григорьевич.
– Ну и что, что грузинское! - воскликнул Владимир Владимирович™, - А пить я что буду?!
– На… нарзан пей, - совсем растерялся Геннадий Григорьевич.
– А я не хочу нарзан! - кричал Владимир Владимирович™, - Я боржом хочу!
– Брателло, - совсем тихо спросил Геннадий Григорьевич, - Там просто больше запрещать уже нечего…
– Грузинов запрети! - выпалил Владимир Владимирович™, - А Боржоми оставь!