«Аллилуйя!»
«Правильно говоришь, проповедник!»
— Также я верю, что истинное покаяние включает больше, чем просто сказать «извините». Когда Иаков хотел примириться с Исавом, после того, как украл его первородство, он знал, что должен воздать брату по справедливости. Он совершил акт возмещения, который соответствовал изначальному греху. Только тогда он примирился с братом. Закхей сказал Иисусу, что воздаст вчетверо тому, у кого украл. Это было возмещение. Я предполагаю, что некоторые люди думают, что все социальные программы и акции в поддержку, и есть возмещение, но такое впечатление, что они не так уж хорошо работают. Может быть, потому что это были попытки разрешить проблему деньгами и избавиться от чувства вины без личного участия в этом. Я думаю, что это половинчатые попытки разрешить проблему без истинного покаяния. И Кайро напоминает мне, что иногда
195
бывало и истинное покаяние белых, но некоторые черные отказывались его принять и простить их.
«Ух!»
«Это правда, пастор!»
— Возмещение должно быть наряду с освобождением, но этого никогда не было. И теперь в Америке мы — поколение далекое от рабства, и вот уже тридцать лет, как нет сегрегации. Трудно понять, как возместить или хотя бы что сделать для этого. Это конечно не должно быть в виде покровительственного отношения или просто вручения денег для облегчения своей совести. Это не устраняет обиду, а только питает ее. Кайро и я действительно верим, что должны научиться работать вместе, как братья и сестры во Христе, чтобы решать проблемы, которые видим в нашем городе.
«Аминь на это!»
— Может быть, ради этого придется выйти из своих комфортных зон, но это обязательно должно произойти. Я слышал от одного брата из Индии, что индусы и мусульмане в его стране могут воспроизвести и подделать любое чудо или знамение, совершенное Богом, кроме одного — единства между людьми разных рас. Я хочу быть частью этого чуда. Может быть, вы заметили, что ваш пастор сегодня утром надел сандалии. Мы хотим совершить омовение ног. Не могу сказать, что я очень комфортно себя чувствую, но знаю, что это правильно. Я делаю это, потому что Кайро Клэнси — мой брат, я люблю его и хочу послужить ему. Я надеюсь и молюсь, что это будет символ вновь обретенного завета братства между нашими церквями.
Пастор Клэнси сел на стул перед тазиком. Пастор Шаффер опустился на колени и снял сандалии с Клэнси. Он поднял лежавшее рядом полотенце и обмакнул его в воду. Все затаили дыхание в тишине, которая опустилась на церковь, когда он начал мыть ноги Клэнси. Кларенс слышал вокруг звуки: открывались сумочки и люди доставали носовые платки. Кто-то сморкался, кто-то плакал. Когда пастор Шаффер посмотрел на него, пастор Клэнси прошептал слова, которые слышали только двое мужчин и невидимые слушатели.
После этих незабываемых минут, пастор Шаффер снова встал и обратился к аудитории.
196
— Вы, вероятно, заметили здесь з переднем ряду несколько незнакомых белых лиц. Это члены нашего церковного совета. Мы уже трижды встречались с вашим церковным советом, и наши люди спросили, могут ли они помыть ноги вашим.
Семь черных мужчин и семь белых мужчин вышли из передних рядов, а ашеры поставили семь стульев на сцене и принесли еще семь тазиков. Совет диаконов «Авен-Езер» сели на них. Семь диаконов из Первой церкви сняли с них обувь и носки, вымыли и вытерли им ноги. Некоторые из мужчин как сидевших, так и преклонивших колени, явно были рады этому, некоторым было не так комфортно, но было видно, что все просто решились сделать это.