Ригвальд зашевелился, проснувшись, и я перевела взгляд с окна на него. — Ты не спишь?
— Я не привыкла спать днём…
— Врёшь, я помню, было и не раз, — хмыкнул Риг, а потом посерьёзнел. — Ты слишком большое значение придаёшь этому договору сторон! Совсем себя извела! У тебя даже синяки под глазами появились… — муж поцеловал меня в носик, и укоризненно посмотрел в глаза.
— Риг… я хочу тебе кое-что сказать… пока мы не пошли навстречу… — мне было нелегко признаваться в этом сейчас, но это было бы неправильно — утаить от мужа, что он скоро станет отцом… подло, как-то…
— Не молчи… что ты всё это время от меня утаивала? — я вопросительно приподняла брови. — Я чувствую, что ты мне что-то не говоришь… что?
— Я… я беременна, — нервно выпалила я, посчитав, что с такими тайнами лучше расставаться быстро.
Чёрный феникс замер, молча взирая на меня ошалевшим взглядом. Затем с его лицом начали происходить метаморфозы, перетекающие с шокового состояния на радостное, потом на встревоженное, затем последовало хмурое выражение лица, плавно перетекающее в решительное, не понравившееся мне больше всех.
— Даже не начинай! — строго заявила я, перебивая мужа, который только набрал воздуха для явно серьёзного разговора, если не приказа.
— Ты же взрослый человек! Ты не можешь подвергать опасности нашего ребёнка! — не отступил чёрный феникс, строго поджав губы.
— Только не надо на меня давить! Я сама прекрасно знаю, что договор с твоим дядей является договором только в кавычках, и что снятие купола — это не воскресная прогулка, но я не могу уйти…
— Я не знаю, как с тобой разговаривать!!! — психанул Риг, вставая с кровати и начиная одеваться.
— А ты смог бы уйти от меня в безопасное место, чтобы не подвергать свою жизнь опасности?!
— Если бы я был беременной женщиной, ты имеешь ввиду?! — Допустим!
— Ты говоришь ерунду! — ушёл от ответа чёрный феникс. — Я не могу покинуть тебя, моя задача — ЗАЩИЩАТЬ истинную, не говоря уже о безопасности Владычицы, которой ты являешься… и я это сделаю, даже если эта защита будет от тебя самой! — угрожающе прищурился Ригвальд, а мне вот сейчас реально страшно стало! Он действительно запросто может сделать, как захочет — вот отправит меня на остров, и я никуда не смогу деться…
— Риг! — подскочила я к мужу, хватая его за руки. — Пожалуйста, не заставляй меня пожалеть, что я сказала тебе о малыше… — глаза бывшего демона налились тьмой, но он быстро взял себя в руки, беспомощно выдохнув.
— Ты меня без ножа режешь… — с болью в голосе произнёс муж.
— Я согласна на что угодно! Только не отправляй меня от себя!!! — сказала я, и, всхлипнув, разревелась, как маленькая.
— Чччччч… — Ригвальд притянул меня к себе на колени, садясь на кровать. — Тише- тише… не плачь… — феникс был в растерянности, впервые встречаясь с моими слезами и не представляя, что делать с плачущей беременной женой. — Хорошо… хорошо! Я согласен на компромисс! — Я оторвала зарёванное лицо от мокрой рубашки Ригвальда, с надеждой заглядывая в глаза. Риг нахмурился. — Хорошо… когда купол будет снят, а ваза перейдёт в мои руки, мы с тобой уходим на остров!!! Старшие и без нас разберутся! На это ты согласна? — спросил неуверенно Риг, предполагая услышать отрицательный ответ.
Я была настолько счастлива этому предложению, что радостно расплылась в улыбке.
— Да-да! Я согласна! — у Ригвальда посветлело лицо, и он перевёл свой взгляд на мою татуировку на животе.
— У меня будет сын… — дрожащим голосом сказал муж, опуская руку на мой ещё совсем плоский живот.
— Почему это сын!? Я уверенна, что будет девочка! — деланно обиделась я, вызывая улыбку на лице возлюбленного.
— У фениксов первым рождается наследник, это непреложный обет.
— Блииин… так неинтересно! — надула я губы. Это, однозначно, опять вмешательства Богов!!! Чего им неймётся!?!
— Не расстраивайся! — Риг щёлкнул меня по носу, — будет тебе и девочка…только мужа чаще слушайся!
— Пф… — фыркнула я. — Это сомнительное условие для беременности!
— Пойдём… нам пора собираться… — посерьёзнел Риг, когда услышал голос бабушки, которая звала нас спускаться вниз.
Ригвальд подождал, пока я собралась за считанные секунды, и, обняв за талию, перенёс порталом прямо в гостиную.
— Безобразие… — заворчала бабушка, когда мы появились прямо перед ней. — Вы бы лучше ходили больше! Жизнь — это движение! Тем более для бер… эээ… для молодых девушек! — запнулась Лариса Анатольевна.
— Я сказала, — улыбнувшись мужу, я радостно взглянула на гостей.