Лилерий фыркнул:
«Размечталась! Феникс просыпается к двадцати семи годам… никак не раньше. Иначе можно спалить человеческую оболочку. Я еще ни одного феникса не видел, который в двадцать два года проснулся бы… Позже – да, но никак не раньше!» – с превосходством произнес Дух.
«Что еще за бред! А как же дедушка собирался убрать купол с помощью непроснувшихся фениксов? Ведь Мишке до совершеннолетия тоже расти еще два года». – Я недоуменно изогнула бровь.
«Так в этом и задача! Непроснувшийся феникс может впитать в себя сколько угодно магии огня, даже не тревожа человеческую ипостась, поэтому и нужен наследник, конечно обученный. Младенец не подойдет», – уточнил Лил.
«Ладно, это все сейчас неважно. Мне надо вызвать феникса немедленно, иначе будет плохо. Правда, не знаю, в чем это «плохо» заключается, но я привыкла верить бабуле. Кто-кто, а она меня никогда еще не обманывала», – хмуро глянула я на спящего принца.
«Может, секундное появление поможет?» – неуверенно спросил Хранитель.
«Будем надеяться. Только надо все это проделать не здесь. Сейчас оставлю записку этому предателю…»
Я быстро начеркала на листе бумаги, что ушла проведать своих стражей, и шагнула в портал.
В шестом секторе так и продолжала стоять зима, холод пробирал до костей, но я не стала взывать к магии льда, мало ли… Сначала мне надо разморозить сердце.
«И что стоим?» – нетерпеливо поинтересовался Лилерий.
Так! Надо поставить для безопасности купол, а то спалю своих верных волков. Снежку я дала мысленный указ, чтобы волки держались от меня подальше, потому как не представляла, что может произойти. Накинув купол, я замерла на месте.
«Ну?»
«Да что ты нукаешь! Не раздражай меня еще больше! – шикнула я на Духа. – Хотя… это может быть прекрасный выход из положения».
Я стала вспоминать всех, кто у меня вызывал наиболее сильные эмоции: Лила, который постоянно подначивал меня; Адель – мерзкую бабу, которая постоянно хотела причинить мне боль, желая упиваться своей властью; Сигвальда, который предал моего деда, в результате чего тот погиб ужасной смертью; Рига, который использовал меня, заставив полюбить его всем сердцем… Как он мог?! За что?! Я же люблю его… Люблю так, что сердце горит от боли…
«Оля, у тебя и правда горит сердце!» – перепуганно вскрикнул Лилерий.
Пламя охватило все мое тело…
«И глаза, – прошептал Лилерий дрожащим голосом. – Феникс проснулся…»
Жжение продолжало распространяться в области груди, заставляя кожу шипеть.
«Немедленно, немедленно прекрати фонтанировать эмоциями! Думай о чем-нибудь спокойном! О цветах, там, об облаках… О воде! Думай о воде!» – паниковал Лилерий.
Но кроме как о боли и огне, жгущем меня, как жгли ведьм в Средневековье на костре, я больше ни о чем не могла думать, и от советов Лилерия взбесилась еще больше. Защитный купол стал трещать и хрустеть, осыпаясь осколками. Волки кинулись в стороны, кроме маленького щенка, который по наивности побежал ко мне.
Все последующее произошло за какие-то доли секунды… Волчонок, споткнувшись, кубарем покатился ко мне под ноги, Вольд кинулся к нему, пытаясь схватить, но клацнул пастью от неудачной попытки. Я поняла, что малыш, коснувшись моего тела, сгорит, и рванула вверх, совершенно не понимая почему. Руки обдало жаром, и появились крылья с огненным оперением, с помощью которых мне удалось взлететь… Блин! Я летела! Не в самолете! Сама! Я до охренения большая птица!
Нет, я не превратилась в оборотня, мое тело имело такую же форму, как и раньше, только стало заключено в огненную оболочку, похожую на птицу.
«Мне плохо… – несчастно произнес Лил, когда я приземлилась на снег, впитывая в себя жар феникса и приобретая нормальную форму. – Все… Мне это надоело. Я сваливаю на хрен! Как только появится твой брат, пойду к нему Хранителем! – возмущался Лилерий. – Нет, я, конечно, хотел приключений, скучая в камне… но не до такой же степени!!!»
«Да хватит тебе паниковать! – улыбнулась я, тиская волчонка, который спас меня от самосожжения. – Ты же меня любишь! Как ты можешь бросить того, кому отдано твое сердце?»
«Раз так… ответь сама на свой вопрос! Ты же собираешься мстить Ригвальду, которого выбрало твое сердце… и магия ведьм, между прочим», – едко заметил Лил.
Чувство обиды и боли полоснуло грудную клетку, стоило только услышать имя возлюбленного.
«Тут другое… Он меня предал, использовал, помогал дяде истребить фениксов…»
«Ты вообще того?!»
Я так и представила образ мальчишки, покрутившего пальцем у виска.
«Ригвальд в то время еще в пеленках болтал ногами! Ты же с математикой дружила до этого времени?!» – возмутился Дух.