– Зачем же налагать на ребёнка такое проклятье? – сказал Ваэлин, стискивая её руку.
«Это не проклятье. Благословение». Она протянула руку Дарене, та подошла и взяла её в свои.
– Так много времени прошло.
К ним подбежала Снежинка, ставшая совсем взрослой со времени разрушения города, и ткнулась башкой в бок Ваэлину с оглушительным мурлыканьем. Ваэлин погладил её по густой шерсти. Девчушка, сидевшая на спине кошки, уставилась на него широко распахнутыми глазами. Песнь крови усилилась, узнавая своё подобие, и он вдруг увидел картинки в голове ребёнка: игрушки и сладости, смех и слёзы… Ваэлин хмыкнул и поёжился.
Селла хлопнула в ладоши, и картинки исчезли. Мать погрозила дочери пальцем, девочка надула губки. «Извини, – сказали руки Селлы Ваэлину. – Она у нас так здоровается. Просто пока не понимает пока, что не все способны делать то же, что и она».
– Я твой дядя Ваэлин, – сказал Аль-Сорна, присаживаясь на корточки. – А тебя как зовут?
«Лорен», – застенчиво прозвучало у него в голове. Селла вновь хлопнула в ладоши. Девочка насупилась и буркнула вслух:
– Лорен.
– Рад познакомиться с тобой, Лорен.
– А я тебя во сне видала, – ответила та, внезапно разулыбавшись. – Ты ходил по пляжу, и была ночь, а потом ты зарубил какого-то дядю топором.
Селла сняла дочь со спины Снежинки, показала руками «еда» и подтолкнула в сторону дома.
– Не дрейфь, – сказал Норта. – Слышал бы ты, что ей снится обо мне.
Селла подала им пирог с рыбой и тушённый в луковой подливке картофель, пока Норта рассказывал об их путешествии в Пределы.
– Путь занял у нас добрых четыре месяца, и не все его пережили.
– Лонаки? – спросил Ваэлин.
– Нет, как ни странно, они нас не тронули. Холод. Зима в тот год пришла рано, застав нас ещё на равнинах. Если бы не эорхиль, мы бы все там перемёрли с голодухи. Одарённым доступно многое, но даже они не умеют извлекать еду из воздуха. Эорхиль накормили нас и проводили к башне, а там уже лорд Аль-Мирна, благодаря заступничеству госпожи Дарены, разрешил нам поселиться на пустошах мыса Нерин.
– А как поживают твоя мать и сестры? – спросил Ваэлин.
– Матушка умерла за год до нашего переезда. А сестры… – Лицо Норты потемнело, он замолчал, и Селла взяла его за руку. – Что говорить, не все способны побороть свой страх перед Тьмой. Когда слышишь в голове голос племянницы, лежащей ещё в пелёнках, это может кого угодно привести в замешательство. Халла вышла замуж за сержанта гвардии, Керран – за купца. Они живут в Северной башне и не рвутся нас навещать.
– Харлик с тобой? – покончив с угощеньем, спросил Ваэлин, прежде чем разговор потёк по другому руслу.
– Ну, если можно так сказать, – ответил Норта. – Живёт один в хижине на берегу и строчит что-то от рассвета до заката. А что уж он там пишет, никому не известно, почитать-то ничего не даёт. Если бы не Плетельщик, про него бы и думать уже забыли. Тот делает корзины на продажу и покупает еду для них обоих.
– Мы с госпожой должны срочно поговорить с ним, так что прошу нас извинить… – Ваэлин поднялся из-за стола.
«Но переночуете вы у нас, – сказали ему руки Селлы. – Места всем хватит».
Дом действительно был достаточно велик, чтобы принять всех гостей. Норта рассказал, что строил его изгнанник из Альпиранской империи, не пожелавший отказаться от принятого в его племени многожёнства.
– Он побил одну тётю, – встряла Лорен. – Сильно побил. Тогда другие тёти разозлились и зарезали его ножиком. Вот так. – Девочка крепко схватила вилку и начала с размаху тыкать ею булку. – Раз, раз, раз!
Селла хлопнула в ладоши, и Лорен, скорчив гримаску, отложила вилку.
– Я с радостью принимаю ваше приглашение, – сказал Ваэлин Селле и повернулся к Дарене. – Как насчёт прогулки по пляжу, госпожа?
– Я видела войну, огонь и души страшных людей, – сказала Дарена, когда они шли по пляжу к хижине Харлика. Приближалась ночь, и вода стояла высоко. Ветер шевелил чёрные волосы Дарены. – Но эта маленькая девочка пугает меня больше всего остального, вместе взятого.
– Да, такая сила поневоле внушает страх, – согласился Ваэлин. – Когда она станет старше, её дар тяжело будет вынести.
– Сейчас, по крайней мере, у неё есть дядюшка, который сможет её защитить.