И вот звери показались из-за деревьев. Дарий не стал покидать укрытия. Во-первых, не мог, во-вторых, в этом не было никакого смысла. Он лег животом на ветку, так чтобы рана не терлась о кору, и протянул руку с посохом:
— Разорви их, поглоти, если нужно, но люди и лесные должны жить.
«Как прикажете, хозяин».
Камень обратился туманом и, как вполне самостоятельный член команды, вступил в схватку. Он мрачной, черной тучей распространился над головами отряда, щупальцами хватая приближающихся монстров. С силой швырял их в деревья, ломая хребты, отрывал головы, но зверей оказалось очень много. Словно они чуяли скопление людей и рвались к одной точке. Хотя с большей вероятностью прибывают они сюда исключительно за колдуном. Чертова ведьма, будь она неладна, смогла его отыскать.
Дарий не смел закрывать глаза. Боялся, что уже не захочет их открывать, а также не хотел ничего пропустить. Див, видно, берег силы, но и люди не плошали, бились вместе с лесными, прикрывая друг другу спины, используя сильные стороны напарников. Лесные, будучи более сильными, хватали монстров голыми руками или попросту толкали их на землю, а люди быстро отрубали голову или вспарывали чудовищным псам животы.
Свят за стеной дергался всякий раз, когда какой-нибудь монстр подходил слишком близко, но дальше его уже не пускал Див.
— Нашел! — Выкрикнули сверху. Неуместно радостно. И густой, точно смола, черный столб ударил прямо по Диву. Дарий против воли ощутил страх за разумное существо, которое быстро рассеялось, но только для того, чтобы по крупицам собраться в навершие.
— Див?!
«Я рядом, — впервые ответил помощник с заминкой. — Оно сильнее».
На землю мягко спланировал мальчишка с темными, созданными тьмой крыльями за спиной. Ровесник Дария. Колдун не узнал его голоса, зато признал лицо. Несмотря на то что лик неприятного подростка сильно исказился, стал серее, кожа будто высохла, отчего даже в таком возрасте на ней появилось немало морщин.
Старый знакомый смотрел прямо на колдуна, едва ли не подпрыгивая на месте от радости. В его светлых, висящих немытыми патлами волосах, прибавилось перламутровой седины.
— Таисий, — выдохнул Свят, отшатываясь.
Мальчишка неестественно выгнул шею. Посмотрел, кто назвал его имя, не оценил угрозы, и вновь обратил всё свое внимание на Дария.
— О, госпожа все мне про тебя рассказала, — радовался, как успел догадаться парнишка, пособник темной колдуньи. — Она просила меня подождать, но теперь можно. Можно! — Хлопнул в ладони Таисий, пока его серые губы все сильнее и сильнее растягивались в улыбке. — Убейте остальных, — приказал он созданиям Нави, не глядя, после чего взмахнул крыльями и устремился к Дарию.
Колдун не придумал ничего лучше, кроме как скатиться с ветки, и попытаться не особенно болезненно упасть. Почти вышло. Дарий перекатился и поднялся, но не на ноги, а на четвереньки.
— Ох, как тебя потрепать успели. Но ты не волнуйся, калечить я тебя не буду, по крайней мере, не тело,— щебетал умом тронувшийся подросток, теперь стоя на дереве да активно жестикулируя тонкими руками. Своей манерностью он, невольно напоминая Дарию злодеев из старых фильмов. Правда, этот всего лишь инструмент и пособник зарвавшейся колдуньи.
Теперь ясно, почему Таисий не появился дома. Он отправился на поиски силы, которая вернула бы ему друга. Судя по всему, не туда свернул.
Дарий не стал ничего ему отвечать. Краем глаза замечая, что без Дива лесные и люди, куда хуже справляются с десятком тварей, две из которых уже прошли за стену и пытались порвать отряд Свята. Но люди работали лучше. Так что Свят начал давать указания и за стену, со своей позиции куда полнее видя ситуацию.
«Он мертвый», — испугался Вик.
«Точнее, уже не живой, — сообщил Див. — Его глаза — это глаза той женщины. Он не просто одержимый, он напрямую несет ее в своем теле. У них есть связь».
Дарий даже мог предположить, что добровольная. Недаром Таисий с самого начала показался Дарию жалким, постоянно ищущим одобрения сопляком. Вряд ли колдунье было сложно обратить его на свою сторону и получить согласие на все метаморфозы. И все же, пусть ненормальный, Таисий все-таки говорил сам. Затянул все ту же песню. Значит, здесь, в самом деле, одержимость иного типа.
Как бы там ни было, а Дарий попытался встать на ноги. Попытка провалилась еще на полпути. Парнишка рухнул на колени. От боли хотелось упасть, начать кататься по земле, а еще лучше, потерять сознание. Но что-то подсказывало, случись последнее, и открыть глаза вновь больше не получится.
— Это мое тело, — зло прошипел Дарий, отчасти лишь потому, что боялся повышать голос или вновь двинуться, обрушить на себя лавину новой муки.