Кровь привычно начала шевелиться, но теперь приняла форму стрелки. Ну раз туда, значит туда.
Клинки сияли чистотой, от них исходило довольство. В чём плюс моего оружия - его не надо чистить, минус - нужно кормить. Убираю их в ножны. Кровь кинулась мне на руку, где и закрепилась. Она немного покалывала, но было терпимо.
Оглядываюсь на предмет новых противников и рывком взлетаю в небо. Осматриваюсь, чтобы увидеть как в меня несутся стрелы. Дыхнуло опасностью. Я сложил крылья и ушёл вниз, пропустив снаряды над собой. Продолжаю падение, уворачиваясь от новых залпов.
Лишь полностью скрывшись за зданиями мягко приземляюсь и, помогая крыльями, устремляюсь в сторону атакующих.
«Чёртовы снежные ублюдки! Небо должно быть в моей власти!»
Клинки сами прыгают в руки, когда я влетаю в стену второго этажа одного из домов. Даже не осматриваюсь, сразу несусь в противоположную от проделанного мной входа сторону и вылетаю на группу противников.
По мне успевают дать залп, но я крутанулся в другую сторону, пропуская их мимо себя. Сам же на скорости пробиваю строй отмороженных и резко расправляю крылья. Порыв ветра заставляет их потерять драгоценные секунды.
Снежные эльфы или фросты, как назвали их люди, занимали почти всю северо-западную часть материка. Белые волосы, белая как снег кожа, синие ледяные глаза, бледные губы как у замёрзшего трупа. Они шли по пути магии или скорее дури. Каждый из них крепко сидел на пыли Этлоса, ледяного куста с розоватыми цветками в форме шара с исходящими во все стороны колючками, между которых была паутина. Она и расталчивалась, превращаясь в пыльцу.
Поговаривали, что действует быстрее зелья Ясности, принимаемого магами, но вызывает привыкание и неконтролируемые приступы прорицания. Неплохой способ, чтобы уровнять свою ущербность по сравнению с нами, дроу. Они даже съяшкались с нагами. Нагами! Полузмеями, что аж таскали им этот наркотик в просто немыслимых количествах! Что за ничтожества!
Противники в непродолжительном полёте вынули свои клинки из ножен. Если заденут - даже мне не поздоровится. Я находился в центре, а вокруг меня было семеро ублюдков. Все в льняных мантиях, выкрашенных под их стиль сине- белый. Наверное зря я не взял своих напарников.
Пока пятёрка готовила заклинания остальные бросились мешать мне. Горизонтальный удар справа я принял на жёсткий блок, а от вертикального удара слева сделал шаг назад уклонившись. Взмахнул крыльями, чтобы поднять пыли и отогнать обходящую меня сволочь.
Левый противник открылся, но атаковать было бы ошибкой. Просвистевшее у моего носа лезвия резко сменило направление и теперь неслось снизу. Я отпустил блок правой руки, чтобы фрост провалился вперёд, но он сделал шаг в сторону и теперь в меня нёсся ещё и выпад. Третий же не оставлял попыток пройти сзади, но крылья сдували его с атаки, как и концентрацию стоявших заклинателей.
Принимаю молниеносное решение ударить в ногу левого. Сильно отклоняю корпус назад делая взмах левой рукой. Правый тычок принимаю на плоскость меча. Слышится жалостливый звон. «Сука! Если ты его поцарапал, то я пущу тебя на мясо шаграм!»
Моя задумка удаётся, но не полностью. С невероятным усилием взмах прекращается, а мой меч лишь распарывает подол мантии, чтобы продолжить движение и царапнуть руку. Мой второй противник возвращает к себе клинок и устремляется в повторном выпаде.
Резко присаживаюсь, раскинув крылья. Враги отлетают и сбивают своих собратьев, колдующих позади, но не всех.
Ублюдок сзади всё же умудряется подловить момент. Сдвоенный удар новыми конечностями он заблокировать не успевает, но всё же задевает мою спину, где неприятно начинает жечь холодовой ожог. Мелкие кристаллики льда впиваются в кожу, но не время обращать внимание. Противник же оглушённым опал на землю.
Двое магов устремляют свои руки в моём направлении выстреливают осколками замороженной воды. Ухожу от магии в два оборота и как раз настигаю неуспевшего подняться от встречи со своим товарищем фроста.
Клинок вспарывает ему торс, но мне не дают закончить и теперь в меня несутся две стрелы. Обе отбиваю клинками, чтобы сделать шаг в право и, проделав финт пронзить горло замахнувшемуся «снеговику». Удивительно алая кровь льётся из шеи, создавая контраст между холодным и агрессивно-живым тоном.
Разозлённые смертью своего товарища, двойка магов выкидывают конус холода заставив меня отпрыгнуть назад и напороться на выставленный клинок. Он вспорол мне бок, снова приморозив рану. Владельца же я благополучно сбил свои телом. Перекувыркнувшись через спину, ощутив при этом пронзающую всё тело боль, припал на колено, вонзив мечи в сбитого фроста.
«Два-ноль, ублюдки» - оскаливаюсь я.
Пятеро против одного. Один лежит раненный, двое магов снова что-то колдуют, ещё один дезориентирован, а последний уже бежит на меня.
Рана на боку и спине. Неприятно, но терпимо. Это не со сквозной раной в теле сражаться, когда нет времени вытащить застрявший меч.
Бледный бежит в центре и делает вертикальный взмах. Две стрелы летят с боков, не позволяя уйти с линии удара. Но мне этого не надо! Длинным шагом сближаюсь с противником и всаживаю два клинка в его тело.
Завопило чувство опасности.
Я взмахиваю крыльями, отскакивая назад. Две вспышки боли, но это ничто по сравнению с ледяным взрывом, уничтожившим моего противника. Его тело ныне было заключено в кристалл с острыми гранями, удлиняющимися в мою сторону. Впрочем, не достав до меня.
«Три-ноль» - уже не так уверенно подумал я.
Осталось три мага и недобиток, лежащий и подыхающий, но который может устроить подлянку в любой момент. Но на другой грани лежало чувство предвкушения.
Где это видано, чтобы в одиночку одолеть семерых. Размен один к одному считался нормой, в редких случаях три к одному. Но мой случай был единичным.
Перепонки немного подморозились и в них виднелись сквозные дыры, но ничего, заживёт.
Я устремился в молниеносном выпаде к двум ближайшим магам, но они отпрыгнули в стороны. Так что, не меняя траектории, влетел в появившуюся передо мной ледяную стену, что вдребезги разбилась. А я немыслимо изогнувшись увернулся от мёрзлого копья. Которое неглубоко вспороло мне брюхо.
Я взмахнул клинком и тело мага разваливается на две части, но кубарем качусь по земле. В конце приподнимаюсь на колено. Несмотря на обжигающе холодный лёд, кровь и не думала останавливаться. Зажимаю рукой рану.
Что же, это была хорошая схватка. Неплохо бы моим напарникам вмешаться.
«Или я заберу всю славу себе!»