– Господин Ленсер, госпожа. Мы еще нужны Вам?
- Нет. Можете идти.
Преклонив головы, они удалились, и я почувствовал себя лучше.
– Ваш визит, господин Ленсер, носит официальный, или тайный характер? – она склонила голову набок, и с интересом разглядывала меня. Такое начало разговора выбило меня из колеи. Я ожидал громов и молний, а тут светская беседа. Может она ничего не знает? Может я зря пришел? На миг у меня вспыхнуло желание все отыграть назад. Вспыхнуло, и пропало. Может и не знает. Может знает не все. Но сути это не меняет. Рано или поздно, Барк придет сюда, чтобы попытаться выторговать свою жизнь, и расскажет все, что она захочет узнать.
– Тайный, - ответил я, решившись. – Я пришел, чтобы рассказать Вам правду.
– Правду? – эхом отозвалась она. – О чем же? О том, как четверо магов, вступив в сговор с Верховным и королем, вероломно убили Владыку?
Ее глаза вонзились в меня раскаленным докрасна железом, а сила, хлынувшая от нее, придавила так, что я еле собрался с мыслями. Если сейчас я ничего не скажу, меня размажет по ковру, поэтому сделав над собой усилие, я выдавил.
– Нет. Как Верховный, решив получить власть Владыки, облапошил четырех дураков. Про короля мне ничего не известно.
– Неожиданный поворот, - хмыкнула она, заметно ослабив магию. Я хотя бы мог дышать. – Почему Вы, господин Ленсер, думаете, что мне это еще интересно?
- Я на это надеюсь. – честно признался я.
– Дайте-ка угадаю… До Вас наконец дошло, что убить меня не так просто, как моего отца? Не перебивайте… - змеей прошипела она, на мою попытку возразить. – Кто затеял все эти покушения? Нет! Сначала я задам вопросы, и когда разрешу, Вы откроете свой рот, чтобы ответить. Итак. Кто нанимал людей для этого? Кто за это платил? Почему Вы пришли? Идеи закончились? И наконец, чего Вы ждете от этого визита? Я слушаю.
– Постарайтесь не убить меня сразу… - откашлялся я. – Затеяли… Да все и затеяли. Во всяком случае никто не возражал. Оплачивали тоже все. Людей нанимал Порх. Зачем пришел? Это объяснить сложнее. Просто я понял, что ничего от этого не поимел, меня использовали, а теперь также хотят избавиться. Нет, я не говорю, что не виноват. Но поверьте, я об этом давно жалею. Почему я не был против того, чтобы Вас убить? А чтобы Вы сделали на моем месте? Никто не хочет расплачиваться за грехи. Да и есть серьезный риск, что в этом случае, меня уберет Телиус. Я не беззащитная овечка, но у меня нет ни его силы, ни его связей. Кто я, и кто он. Мне не выстоять. Тем более, остальные ему помогут.
– И Вы решили поискать защиты у меня? Не слишком ли самонадеянно?
- Слишком. Но именно за этим я и пришел. Один человек сказал мне, что Вы хоть и строга, но справедлива.
– Справедливое наказание за убийство, - смерть. Но Вы ведь не на это надеялись? -Вы правы, я надеялся сохранить жизнь. И за это, согласен на любые Ваши условия.Я приму наказание, которое Вы посчитаете достаточным. Смею заверить, что я ОЧЕНЬ сильный маг, и это тоже в Вашем распоряжении.
– А если мне не нужен маг? Если я хочу раба? – ее пронзительные глаза прожгли меня до костей. Ну вот, Винс, решайся.
– Я согласен. – горло перехватило, но я все-таки сказал это.
– Хм… Знаете, Ленсер… Еще неделю назад, я бы убила Вас сразу. Вы бы и слова сказать не успели. Однако, сейчас я понимаю, что мне выгоднее оставить Вас в живых.На каких условиях, это уже другой вопрос. Но Вы ведь согласны на все, не так ли?
- Именно так. – я постарался унять дрожь в коленях. – Но чем я буду Вам выгоден, если не буду магом?
Зельда посмотрела на меня удивленно, и вдруг, закинув голову, захохотала. Мне стало не по себе. Со всем моим багажом опыта и прожитых лет, я показался себе жалким и глупым. При более близком знакомстве, эта женщина, девочкой назвать ее язык не поворачивался, поражала еще больше. Она прекрасно владела собой, четко выражала свои мысли, вынуждая подчиняться. Какого бы мнения я не был о ней изначально, сейчас я видел перед собой Владыку. И…боялся. Я не боялся никого и никогда, а теперь липкий, удушающий страх залез мне под кожу, проникая все глубже. Здесь, в этом кабинете, я отчетливо осознал, что ни законы, ни общепринятые нормы, ни мораль не остановят леди Альцкейн, если она решит, что я ей больше не нужен. Отсмеявшись, она взглянула на меня, как на забавную зверушку.