Обитатели дома, которые, хоть и редко, но встречались у меня на пути, смотрели на меня недоуменно. Я мог их понять. Они никак не могли взять в толк, зачем госпоже такой дохлый раб, если вон сколько вокруг молодых красавцев, которые, больше чем уверен, уже делили мое место при госпоже. Я гордо вскидывал голову, смотрел с вызовом, и они отводили глаза. Они тоже понимали, что любой на моем месте, уже был бы продан за гроши. А для меня кухарка каждый день по четыре раза варит свежий бульон. Для меня, отложив визиты к важным и богатым господам, сам господин Монс приезжает в поместье каждые два дня. Для меня Шелла по расписанию бегает с кружками, в которых исходит паром, надоевший до зубного скрежета лечебный отвар. Я бы тоже недоумевал. С чего бы я весь такой незаменимый? Что у меня, член золотой? Это предположение вызвало у меня сначала невольную улыбку, а потом и смех. Спешившая куда-то с тазом рабыня, отшатнулась от меня, и только что не покрутила пальцем у виска. Но мне было все равно. Настроение поползло вверх, и даже мысль, что меня ждет ненавистный бульон, его не испортила.
ЗЕЛЬДА
День собрания подошел очень быстро. Я снова стояла в этом зале. Сегодня маги должны присягнуть мне на верность. Не все еще знали о необходимости клятвы, и когда я озвучила это требование, поднялся небольшой недовольный гул, который тут же стих. Возражать открыто желающих не нашлось. Я выждала тишину и обратилась ко всем присутствующим.
– Вы все должны присягнуть на верность Владыке. Повторюсь. Владыке. Это не рабская клятва мне лично, как многие из вас, вероятно, думают. Я лишь хочу не допустить того, что случилось с моим отцом. Я потребую повиновения и строгого выполнения моих распоряжений. Я не терплю приреканий и неуважения. Мои приказы выполняются четко и в срок, который я обозначила. За нарушение этих правил, последует наказание и оно вам не понравится. Но если все будет сделано правильно, каждый из вас в праве рассчитывать на мою благосклонность и покровительство.
– А если исполнить Ваше распоряжение будет невозможно? Если обстоятельства сложатся так, что сроки будут нарушены?
Голос раздался из задних рядов и спросивший тут же умолк.
– Никогда не пытайтесь больше меня перебивать. Это ни что иное, как неуважение, а неуважение влечет за собой наказание. Думаю, это не только ваша мысль, поэтому отвечу. Я не идиотка, как многие думают, и не суммасшедшая. Исключения имеют место быть. Но не надо потом сваливать на обстоятельства, если банально не торопился. Это не обстоятельства, а лень. И я умею отличать одно от другого. А если хотите спросить, то представьтесь для начала, и уточните можно ли задать вопрос. Но вообще, в приличном обществе, принято сначала выслушать, а потом уж задавать вопросы, если они появились. Я не против этого. Всегда уточняйте, если что-то непонятно. Оправданий в стиле Я НЕ ПОНЯЛ, я не приму. Так же я должна представить вам всем новых магов. Это маги воздуха Салан и Гаяр Лайкон, огненный маг Тиан Рубен и маг воды Яхор Ленсер.
– Рал Спенс, Владыка. Боюсь, что что-то не понял, поэтому позвольте уточнить?
– Я слушаю Вас.
– Яхор Ленсер? Лайконы и Рубен? Но маги с такими фамилиями уже имеются. И даже если они передали свой резерв сыновьям, как объяснить ДВУХ Лайконов?
– Нет. Эти молодые люди получили резерв другим путем. Яхор? – я взглядом велела ответить на вопрос ему. Он понял сразу, склонив голову в знак согласия и пояснил, напрягшимся в ожидании магам, самую суть.
– Господин Спенс, я и остальные получили резерв от Владыки. Мой...отец... не готов покинуть службу, и я обратился, непосредственно к леди Альцкейн. Она откликнулась на мою просьбу, и теперь я, хоть и неопытный, но маг воды.
– Не такой уж и неопытный, если смог сражаться вместе с Бруком. – заметил Спенс и продолжил уже обращаясь ко мне. – Тоесть, правильно ли я понимаю, что Вы, Владыка, подарили резерв четырем магам?