Сейчас я думала о том, как он будет изводить себя, когда очнется. Ранение Телли, близнецы… Его вины нет, и Телли жива благодаря ему, но это же Ник… Обида за него захлестнула меня. Почему мой мальчик должен мучиться не от моих рук, а по чужой воле?
НИК
Мое тело мягко качалось на волнах. Где-то далеко, на краю сознания ныло и пульсировало, билось птицей в закрытое окно. Что это? Какая-то мысль тщетно пыталась всплыть в моей легкой от пустоты голове, раскачивая на зыбких волнах невесомое тело. Сознание никак не могло ее уловить, оглаживало едва касаясь, и отпускало. Но она все стучала и стучала, надоедая и ускользая. Волны перестали быть ласковыми, дрожали подо мной, проваливались, и я вместе с ними то всплывал, то падал в глубокую бездну. Эта качка не приносила легкости, будила нарастающую тревогу и отчаянное одиночество.
Уже в полной темноте мне удалось выплыть из этого марева, и я вздохнул с облегчением. Но тут мысль достучалась до меня, и я чуть не взвыл, вспомнив, последние события. На мой стон тотчас откликнулись.
– Воды? А может морсу?
Я слабо кивнул, не в силах обозначить свое желание, но к моим губам поднесли кружку, и в пересохшее горло потекла прохладная кисловатая влага. Морс. Кто-то там, в вышине, верно истолковал мою немую просьбу.
– Спасибо, - прокаркал я, скорее этому кому-то, чем тому, кто сейчас мягко удерживал мою голову.
– Лежите, не вставайте. Вам нельзя. Господин Монс потратил очень много сил на вас, и велел лежать.
Монс? Тот самый Монс, который лечил госпожу? Но кто я такой, чтобы мной занимался целитель такого ранга? Для раба даже лекарь роскошество, обычно зовут аптекаря. Я собрался с силами и спросил, где я, как мне казалось, громко. Но никто не ответил. Я попробовал еще раз, и в этот раз мой голос прошелестел в тишине, найдя отклик.
– Вы дома, лир. Госпожа велела сообщить сразу же, как только вы очнетесь. Я уже сказала ей.
Госпожа… Я не смог. Я не смог уберечь… Этот мальчик, маг… Он погиб. Я не успел. Я мог бы попытаться, но тогда леди Телли…
- Успокойся, Ник. Все не так плохо. – Услышав голос госпожи, я понял, что вероятно брежу. Во всяком случае, говорю вслух. Рядом зажегся светильник, или он уже давно горел?.. И в этом рассеянном свете ко мне склонилась госпожа, лаская своими черными, как ночь, глазами. Никогда не видел у нее таких добрых глаз. Потом ее губы шевельнулись, рука огладила мою скулу, и я снова услышал ее голос. – Гаяр жив. Не вини себя. Ты не мог быть везде. А леди Телли все же женщина, твой выбор был верным.
- Жив? Правда? Он был очень плох. И его брат, он все время звал его и плакал… Я думал, что все… А Вил? Вил где?
- Вил ранен, но куда как легче, нежели ты. С ним все будет хорошо. А ты набирайся сил, они тебе понадобятся. Постарайся заснуть и больше пей. Так сказал господин Монс.
– О, боги, Ник, ну и напугал же ты нас! Я уже раз пятнадцать забегал, а ты все спишь и спишь! Хотя на одном морсе недалеко уедешь! Ну ничего, вот оклемаешься немного, и мы тебе запросим баранью ножку с вертела. Или может лучше свиную лопатку? Окорок нам вряд ли обломится, но лопатку я тебе отвоюю! Потом сходим в пивную, опрокинем по паре кружек хмельного напитка…
Дэн. Говорить все это мог только Дэн. И хоть перед глазами у меня все расплывалось, я был очень рад его слышать.
– Ник, - продолжал он, - после всего этого, я с тебя глаз не спущу! Как я буду отдуваться один в спальне госпожи? У меня ж силенок не хватит! – я обмер, хотя дальше уже было и некуда. Госпожа ведь шкуру с него спустит за такие слова. – Да ты чего сбледнул то, Ник? Госпожа давно ушла, я уж тут больше часа с тобой треплюсь!
Больше часа? Значит я выпал из действительности, мне кажется, что он здесь не больше десяти минут.
– Вил поможет, - невольно попытался улыбнуться я.
– Вил??? Да ты смеешься что ли? Да какой с него помощник? Носится со своей царапиной, как нищий с писаной торбой! Та еще зануда! А Колин сегодня попросил меня, чтобы я с ним потренировался. Неплохо его Райд натаскал! Ну до меня ему, конечно, как до неба, но ты знаешь…
Под его болтовню, которая не собиралась заканчиваться, мое сознание снова уплыло….
ГЛАВА 6
РАЛ СПЕНС
Сегодня все валилось из рук. Дальнейшая жизнь была под большим вопросом. Я не знал, чего ожидать. Правление Телиуса было мне не по нраву. Круг его друзей тоже казался мне странным. Если Винс Ленсер, Фирс Хантейн и Барк Даркен вполне себе понятный выбор, то как туда затесался Риган Порх, я никогда понять не мог. Он получил место Старшего в свои двадцать пять, за непонятно какие заслуги. В нашем обществе стать магом так рано, практически невозможно. Отец Ригана был тяжело болен, и даже маги-целители ничего не могли поделать. Так и стал Риган магом, когда его отцу эта ноша стала совсем непосильна. Ну ладно маг, но Старший? Только-только стал магом, и вдруг такой взлет. И в друзья к Верховному он затесался, тоже едва успев стать магом. Странно. Что могло быть общего у Телиуса с этим молокососом? Подозрения вновь всколыхнули мои мысли. Альцкейн в своей речи к Его Королевскому Величеству, обвинила закон в смерти отца… Мне еще тогда казалось странным, что виновник смерти Даггера не найден. А может его никто и не искал? Тогда почему? Не потому ли, почему Порх и остальные друзья Верховного вдруг получили высшие посты? Не потому ли, что Верховный взял боевиков под свою руку? Не потому ли, отказался служить под его началом лучший друг Даггера, Бад Кейзер? Не потому ли Зельда Альцкейн чуть не погибла вчера? Мозаика начала складываться. Если все так, как вырисовывается, то Зельда Альцкейн им всем, как кость в горле. А если она все знает? Если для нее это не просто догадки? Не зря же она бросила все это в лицо королю, при стольких свидетелях? Тогда у этой девочки железные нервы… Был бы на ее месте я, умер бы не один маг. Маги кричали, что она безумна… Была бы безумна, страшно представить, что могло бы быть. Что должно бы было быть. Но вот жилой квартал в городе никак не вписывался в эту теорию. Может быть нападение было совершено там? Тогда понятно. Но Брук это категорически отрицает, а ему я верю. Он просто не умеет врать. Тогда как?