Невесело хохотнув, Твардовский долил себе пива.
— Я настроил магические амулеты связи на одну эфирную волну. Радиус действия не бог весь какой, но худо бедно до Новограда и обратно добьёт. Спасибо Рогволду, что снабдил. Разработка Трофима, между прочим.
С грустью юный чародей молча поднял кружку с пивом. Я так же в ответ вскинул свою.
До сих пор не верилось, что некоторых из моих новоприобретённых в Лютограде друзей уже нет в живых. И не только друзей, но кого и ближе. Северный фронтир он такой. Люди в наших краях мрут как мухи. Так ведь принято говорить, да? Гиблое место. Ссылка для любого солдата или Часового. Что ж, значит, придётся в самом ближайшем времени окончательно сломать эту традицию.
Я с ожесточением захрустел сухарём и приложился к кружке. Михаил тактично промолчал, видимо, сообразив, о чем я подумал.
Вечерние сумерки за бортом превратились в ночь. Мы уже были в тех местах, где следовало держать ухо востро. Опасная приграничная зона протянулась с самого далёкого севера на юг Империи. Здесь было ещё не пример теплее, чем в наших краях, но совсем скоро и в этих землях ощутят дыхание скорой неотвратимой зимы. А граница с владениями ведьм везде одинакова. И выглядит и смердит. И требует самой большой осторожности от любого.
Тридцать тысяч голов орды близ Старой Столицы это серьёзно. И не следует забывать о том, что по всей огромной подконтрольной Ковену территории раползлось и расплодилось немеренное количество совершенно одичавших и живущих по своим законам тварей. Зачастую совершенно невероятных и никому не подчиняющихся. Разрозненные и живущие наособицу, не знающие срывающих с тел мясо страшных кнутов Погонщиков нечисти, они были не менее опасны чем те, кто непосредственно служил Ковену.
И даже разбей мы основные силы Вальпургии и перебей всех Верховных ведьм Ковена, на зачистку оскверненных бывших волостей Великорусской империи уйдут годы. Но главное положить начало. И я даже знал, откуда начнется победная поступь человека. И где первыми во всем огромном государстве освободятся и очистятся все захваченные сто лет назад территории. На Севере, в герцогстве Бестужевых.
— Командир, — в донесшемся из переговорной трубы голосе Афанасия Ланского прозвучали нотки, которые мне совсем не понравились. — Магический сонар ловит какие-то сигналы. Хотелось бы, хм, выслушать мнение специалиста. Который служит на «Икаре» в свободное от разгильдяйства время штатным чародеем.
Слегка покраснев, Твардовский несколько виновато, словно его могли видеть, покосился на начищеный до блеска бронзовый раструб и спешно вскочил на ноги. Я последовал за ним.
На капитанском мостике немного в стороне от рулевого колёса прямо на полу была начертана специальная волешебная фигура. И ее ядовитый, отливающий малиновым, отблеск мне совсем не понравился. Михаил торопливо шагнул в центр фигуры под сочувствующим взором замершего подле свисающей с низкого потолка навигационной карты штурмана, а Ланской, расслаблено положив руки на штурвал, негромко бросил в одну из расположенных перед ним переговорных трубок:
— Малый ход главным движителям.
Мое же внимание было приковано к Твардовскому. В погруженной в полумрак носовой кабине разведывательного рейдера и подсвеченное зловещими отблесками магического рисунка, его лицо выглядело довольно завораживающе.
Через секунд десять чародей вышел из фигуры и с немалой тревогой посмотрел на меня:
— Алексей, прямо под нами и чуть восточней, не более чем на две мили к приграничным областям, возмущения скверны. Нет, не Прокол…
Лица капитана и штурмана ни этих словах Твардовского ощутимо расслабились.
— Но устойчивое и все усиливающееся возмущение сил в эфире определённо происходит. И еще что-то, похожее на отголоски затаённой чёрной магии. На мой взгляд, в этом месте нечисть перешла через границу и прет на восток. Скорее всего, в этой шайке одна из низших ведьм или чернокнижников. Судя по всплеску, их не так уж и много, но идут весьма целенаправленно.
Я мрачно посмотрел через панорамное стекло капитанского мостика. Погруженное в ночь небо услужливо расходилось перед носом летящего без малейших опознавательных огней небесного странника.
— Что у нас внизу, по предварительному движению тварей?
Штурман моментально уловил всю нехорошую подоплёку моего вопроса, быстро сверился с нагвигациной картой и в его брошенном на меня взгляде отразилась растерянность: