Зыбкий и пугливый рассвет давно окрасил облака в серые блеклые тона. Утро выдалось холодным и унылым. Затянувшая все бескрайнее воздушное море плотная пелена сизых туч, практически полностью отрезала все солнечные лучи бессильно пытающегося пробиться сквозь её заслон светила.
Мы достигли западной окраины центральной области Империи и зависли высоко над землёй, прячась в облаках, в дне конного пути от Столицы. Неподалёку, среди живописных рощ и холмов, на берегу полноводной реки раскинулся большой зажиточный город под названием Ригель, окруженный мощной крепостной стеной и широким водяным рвом. От него прямиков в Новоград вела широкая и оживлённая дорога, по которой регулярно ходили купеческие обозы, конные разъезды, почтовые и пассажирские дилижансы, деревенские телеги и сотни пеших.
Мне не должно было составить большого труда, высадившись, пройти к городу и вклиниться в толпу. Разумеется, я не собирался ковылять до Столицы пешком. Найти свободное место в пассажирском дилижансе, либо купечской повозке, думаю, так же не будет большой проблемой. В своей одежде с вещевым мешком за плечами, я мало чем отличался от обычного, едущего на побывку вояки или молодого, отважного, но безденежного отпрыска гордой, но бедной мелкой дворянской семьи, решившего поискать счастья в Столице. Конечно, я своим ростом и мускулатурой по-любому отличался от подавляющего большинства людей, но тут уж ничего не поделаешь. В конце-концов, в городах и весях огромной державы хватало здоровых ребят.
— Главное, чтобы смог до Столицы добраться и войти беспрепятственно!
Я поморщился. Отчего-то Твардовский решил, что самые большие трудности будут меня поджидать на дороге и воротах гигантского города. Как будто я самое разыскиваемое лицо в стране и мой портрет на всех постах стражи и в каждой караулке! Да кому я вообще нужен, кроме моих персональных врагов?
Опасаться стоит не честных служак, а соглядатаев графа Перумова. Которых уже в самой столице пруд пруди. Граф, благодаря доносу Ланского, уже несколько дней как прекрасно осведомлён о том, что меня в самое ближайшее время стоит ждать в гости. И уж у его проверенных и лучших людей точно есть мое самое подробное описание. А после того, как его тайный агент на борту «Икара» в урочный час не вышел на связь, графу впору обеспокоиться по поводу очередного провала. Но тут уж они оба, вместе со своей нанимательницей сплоховали.
Граф что, свою часть честно отработал. Сообщил Вальпургии все необходимые данные. Вот главная Ведьма, Глава Ковена, сплоховала. Решила, что одна из ее ближайших подручных сможет со мной самостоятельно справиться. Посчитали, что я один, без поддержки Корпуса Часовых и " Иерихона" ни на что не годен, а в последнее время мне просто тупо везло? Что ж, их проблемы. Если враг до сих пор заблуждается в отношении моих способностей, тем лучше.
На мой же взгляд, самым сложным будет, оказавшись в Столице, не посадить себе на хвост графских шпиков и по-тихому связаться с князем Рокоссовским. И вот здесь бесценнейшей окажется помощь моего командира и, теперь уже с уверенностью могу сказать, друга капитана Ярослава Кречета. По старой памяти, благодаря прежним связям, у него остался адресок одной из связных точек агентуры Тайной Службы Князя. Напрямую, заранее связаться с Рокоссовским мы не рискнули. Любое сообщение, зашифрованно посланное хоть по магической почте, хоть написанное на бумаге и отправленное в Столицу скорым курьером, при должной удаче для противника, могли перехватить. Работать следовало по ходу действия. И решать все возникающие вопросы уже на месте. Возможно, придётся импровизировать.
Так что добраться до Столицы и пройти через ворота не сложно. Сложно будет дальше. И если, не дай бог, я умудрюсь где-то засветиться, все усложнится неимоверно. Перумов в Столице почти царь и бог. И больше не станет рисковать. На мою срочную поимку будут брошены такие силы, что мало не покажется.
Высадка должна была состояться через час. Приземляюсь за грядой окружающих Ригель холмов, выхожу на главную дорогу, не посещая город, нахожу подходящий транспорт, спокойно сажусь. И уже к вечеру оказываюсь у стен самого величественного и главного города Великорусской Империи.
— Может, тебя следовало паломником нарядить? — продолжал сомневаться Твардовский, критически рассматривая меня. — К ним, вроде, обычно не цепляются…
— Миша, из нас двоих на мирного святого отшельника больше ты похож. Хочешь поменяться со мной местами?
Чародей, ощутимо вздрогнув, отчаянно замотал лысой головой.
— Спаси Господи, ни за что на свете!
— То-то и оно.
В переговорной трубке моей каюты раздался неожиданный и ещё не совсем привычный голос новоявленного капитана Махорина: