Так и прошел почти весь день. В размеренной поступи бегущих легким шагом лошадей, скрипе ресор, убаюкивающем бубнеже извозчика. Когда позади осталось добрых две трети пути, мы остановились на каретной станции, возле которой раскинулся огромный, в два этажа трактир, рядом с которым примостился крытый навес для трех десятков лошадей. Здесь можно было выйти, размять ноги, отдохнуть, пожевать чего-нибудь горячего, напоить да накормить коняшек. А если кто особо не спешил, то и заночевать до следующего утра, чтобы со свежими силами продолжить путь.
Кузьма останавливаться дольше чем на пару часиков не собирался. Оно и к лучшему. Я хотел попасть в Столицу именно к вечеру. Под покровом тёмной ночи, которая для меня не являлась препятствием, будет гораздо сподручнее действовать.
Пока извозчик, ворча, обходил карету, проверяя колёса и оси, да придирчиво осматривал копыта фыркающих и прядающих ушами в ожидании свежей воды и овса лошадей, я направился в корчму и, протолкнувшись через разномастное многолюдье, разжился двумя здоровенными горячими пирожками с картошкой и капустой и флягой чистой воды.
Выйдя наружу, прислонился к столбу коновязи. Из нашей кареты тем временем неспеша вылезли пассажиры. Кузьма вез в Столицу зажиточное семейство из четырёх человек. Полные, рано раздобревшие муж с женой, да их отпрыски. Молодуха лет двадцати с унылыми глазами и статью худосочной вешалки, да бойкий десятилетний мальчишка с лицом завзятого хулигана и повадками потомственного дебила. Во всяком случае то, как он со звериным ревом погнался за выводком копашащихся на заднем дворе корчмы в земле петрушек, говорило само за себя. Брызнувшие в разные стороны с возмущенным квохтанием куры переполошили цепных псов и вызвали целый гвалт. Родители малолетнего обалдуя лишь, умилительно улыбаясь, качали головами.
Покачав своей, я принялся уплетать пирожки. Кузьма, управившись с лошадьми, все так же бормоча под нос, двинулся к приземистому каменному строению, рядом с которым прилепилась караулка, в которой сидело несколько резавшихся в кости крепких усачей в мундирах и кожаных доспехах. Дежуривший на станции конный разъезд егерей.
Я уже догрызал второй пирожок, лениво наблюдая за людьми и транспортом, проносящимся мимо, или заворачивающим к трактиру, и блестяще изображая из себя, чуть сутулясь, вполне себе заурядного горожанина, когда Кузьма вернулся и подошёл ко мне.
— Ты вон, Данила, спрашивал, чего нового в Столице-то… Так говорят, будто вся городская стража с ног сбилась, дворец бурлит, а большие люди на ушах стоят!..
Я, проглотил последний кусок и, отвинтив крышечку на фляжке, готовый к любым новостям, невозмутимо посмотрел на Кузьму.
Тот выглядел порядком озадаченным, и то и дело приглаживал пшеничного цвета усы.
— И чем же вызвано это неожиданное кипение? Император не с той ноги на днях с постели встал, что ли?
— Если бы! — всплеснул руками Кузьма, недоверчиво качая головой. — Прошёл слушок, что минувшей ночью Верховного Магистра Воронцова убили!
Я поперхнулся набранной в рот водой и поражённо вытаращился на извозчика. Такое услышать я точно был не готов!
Глава 11
Глава одиннадцатая.
Столица считалась настолько неприступным и защищённым с военной точки зрения городом, что в последнее время некоторые из крепостных ворот не закрывались даже на ночь. Слишком далеко от потенциально опасного приграничья. Вокруг крупнейшего города Империи в геометрическом порядке раскинуты мощные оборонительные форты. Расположеные в самом Новограде отборные части армии. Десятки конных егерских патрулей и дозорных. Безостановочно бороздящие небо боевые дирижабли. Магический совет. Академия и Штаб-квартира Ордена Часовых с взводами самых лучших бойцов.
Город был олицетворением мощи и силы Великорусской Империи и заслуженно назывался оплотом державы. Живущие в нем люди чувствовали себя как у Христа за пазухой за несокрушимыми бастионами. К тому же были учтены все ошибки, которые едва не привели к проигрышу Войны с Ведьмами сто лет назад. И если только не случится совершенно уж непредвиденного… Ведь от измены и предательства никто не застрахован. Что и произошло почти век назад.
Но у народа, как известно, память короткая.
Полагаясь на численность и оснащённость армии, силу военного воздушного флота, пушечные батареи, огромные колоссальные башни и высоченные стены, железных исполинов Часовых и магию, почему-то некоторые забывали, как именно в те страшные времена была взята старая Столица.
Мы въезжали в Новоград уже в сумерках. Одни из десятков торопливо вкатывающихся через западные ворота в Столицу экипажей. И каждый новый осматривался многочисленными нарядами суровых, вооружённых мушкетами и арбалетами, городских стражников, в составе каждого из которых было не менее полудюжины человек. Да ещё в числе встречающих за каждым столичным гостем пристально наблюдали немногословные лысые товарищи в чародейских балахонах.