Мы рисковали тайной всей предстоящей операции, уже когда шли из кабинета Светлого князя сюда, в комнаты Верховного Магистра. Как и ожидалось, дворец был наводнен множеством людей. В огромном здании одних слуг и рабочего персонала обитало душ пятьсот, не меньше. И пока мы шагали по залам и коридорам западного крыла, торопясь как можно быстрее добраться до апартаментов Главы Магического совета, несколько одетых в придворные тряпки бегущих с поручениями слуг и служанок нас видели. Впрочем, на процессию важных господ, возглавляемых Светлым князем, никто не смел и готовы поднять.
Нам лишь поспешно уступали дорогу, жались к стенам и склонялись в заученных поклонах. Правда, примерно на середине пути мне показалось, что я заприметил среди проносящихся мимо нас лиц одно знакомое. Вроде бы женское. Женское? Кого я мог знать среди бессчисленных дворцовых служанок? Ерунда какая-то. Скорее всего, это лицо мне запомнилось в мой прошлый приезд во дворец, не более. Другого объяснения я дать просто не мог. А спустя минуту и вовсе об этом перестал думать.
Сам Светлый князь очень хотел отправиться с нами. Чему уже резко воспротивился его сын. Да и сам престарелый начальник имперской разведки понимал, что в предстоящем опасном деле будет нам только обузой. Поэтому, скрепя сердце, он вместе с адмиралом Сикорским и Магистром Сафоновым остался дежурить в кабинете Воронцова. Рокоссовский был готов в любую минуту, как только сигнал амулета пропадёт или надолго задержится в одном месте, мчаться нам на выручку. Кто знает, куда и на какой уровень огромного дворцового комплекса заведет обнаруженный Грифоном хитрый тайный ход…
Я, подпрыгнув, зацепился пальцами за края открытого люка и, подтянувшись, исчез в проеме, оказавшись между двумя уровнями потолка. Я настороженно осмотрелся. Мое сверхобострившееся зрение позволило мне увидеть уходящий прямо в сторону глухой стены похожий на воздуховод, покрытый пылью и паутиной, квадратный туннель, в котором такому парню, как я, придётся передвигаться исключительно на четвереньках и не поднимая головы. Уже здесь, наверху, я уловил какой-то неприятный, довольно специфический запах. Сырость, пыль, камень, что-то едкое и тошнотворное. Мерзкое… Грифон, тихо заворчал, почуяв то же самое. Мы оба уловили совсем близкое присутствие отвратительного хищного зверя.
Я присмотрелся. Уходящий вдаль туннель оканчивался через десяток метров и резко поворачивал в сторону. Пыль, покрывающая его стены, была местами вытерта, словно совсем недавно здесь кто-то уже пробирался. Так оно, впрочем, и было. И мы пойдём по свежему следу страшного оборотня-гиены.
Высунувшись из лаза, я вытянул руку и помог забраться своим товарищам. Легко втащил одного за другим Валентина, Леонида и его подчинённых. Шли налегке. Поэтому пришлось солдатикам избавиться от звенящих кольчуг, лат, мушкетов и арбалетов, оставшись в армейских куртках и легких кожаных доспехах. Мечи, кинжалы и пистоли тщательно проверили и надёжно закрепили, чтобы во время пути нигде и ничем ни за что не зацепиться. Мне вернули мое оружие. Я пристегнул ножны с кинжалом Франка к поясу, передвинув первязь с мечом таким образом, что он оказался у меня за спиной.
Я пополз первым. Следом двинулся один из бойцов по имени Велес, потом шел собранный и сосредоточенный, почти ничего не видящий в царящем в туннеле полумраке Валентин, второй воин, отзывающийся на дружеское прозвище Леший и замыкающим следовал ничуть не хуже меня ориентирующийся в темноте Леонид Рокоссовский.
Люк, ведущий в кабинет Воронцова, предусмотрительно закрыли. Тайный ход погрузился в кажущуюся бесконечной для глаз обычного человека черную как ночь, зловещую тёмную кишку, на дальнем конце которой тебя ожидает ненасытная утроба гигантского чудовища. Заранее договорились ползти молча и переговариваться жестами. Никто не знал, сколько времени займёт наш путь и где мы в итоге окажемся. Но раз ступив на него, все понимали, что обратно мы вернёмся или победителями или не вернёмся вовсе. Граф Владислав Перумов (теперь буду называть его исключительно настоящим именем) при любом раскладе, даже застань мы его врасплох, очень опасный и страшный противник. И, загнанный угол, сражаться будет до последнего.
Как ни старались мы передвигаться предельно тихо, абсолютной бесшумности, разумеется, добиться было невозможно. В таком-то ограниченном пространстве. На наше счастье крайне неудобный и тесный отрезок пути в недрах фальшь-потолка, тянущегося далеко за пределы кабинета Воронцова, закончился через несколько минут ползания на карачках.