— Говори.
— Я хочу посетить Академию Часовых. Возможно, смогу набрать хоть какое-то количество желающих служить у нас. Может, еще не всех распределили после последних выпусков.
Рокоссовский негромко рассмеялся:
— Это вообще не проблема. Правда, не думаю, что ты особо поживишься, рекрут. Но и с тощей овцы клок шерсти взять тоже неплохо. Вам нынче не до переборов… Бери всех, кто захочет и кого отпустит Казанцев… Граф к тебе всегда хорошо относился. И сделает для тебя все, что в его силах. Правда, нынче его позиции здорово пошатнулись… Думаю, что не сегодня завтра он подаст в отставку. А жаль.
Я понимающе усмехнулся. Граф Владимир Казанцев был вассалом дома Перумовых. И сейчас, когда Род изменника рухнул, все, кто имел к нему отношение, встали в Империи под большим вопросом. А человек, занимающий такую должность, как Казанцев, всегда у всех на виду. Так что сейчас моему старому ректору не позавидуешь. Скоро и ему достанется незаслуженная порция шишек. Но и на этот счет у меня уже были кое-какие мыслишки…
— Далее, мне понадобится корабль. Крейсер. Желательно тяжёлого класса. Если добровольцев наберется достаточно много, я не смогу всех взять на «Икар».
— На ходу подмётки рвёшь, — одобрительно проворчал Рокоссовский. — Я слышал, Цитадель Тринадцатой Стражи лишилась флагмана малого флота… Так прямо и скажи, что тебе нужен боевой корабль! Император не даст ни одного, учти.
— Мне не нужен боевой корабль, — спокойно пояснил я. — Мне нужен просто большой тяжёлый крейсер в хорошем состоянии. Абсолютно голый и пустой, без грамма пороха на борту. Мы сами превратим его в боевой.
Рокоссовский, восхищаясь моей наглостью, покачал седой головой.
— Ладно, коли все поворачивается таким боком, думаю, никто не станет возражать, если ты заберёшь одно из приписанных к Академии Часовых учебных судов. К ним недавно поступил списанный дреднут тяжелого класса. По вооздухоизмещению вполне сравнимый с вашим погибшим «Громовержцем». Силовая установка на нём в плачевном состоянии, Броня устарела. Но сам корабль хорош. Думаю, вам не составит труда сделать из него конфетку, с вашими-то мозгами. Если Казанцев подпишет бумаги, забирай. Но учти, в этом вопросе будешь договариваться уже с ним лично.
— Отлично, ваша светлость, благодарю. Я бы хотел попросить вас ещё об одной услуге. И будет она касаться ваших непосредственных профессиональных навыков как начальника Тайной Службы.
Князь с интересом посмотрел на меня:
— Слушаю.
— Мне нужно отыскать одного человека. В определённых кругах довольно известного.
— Тогда это тоже не проблема.
— Его… Ее зовут Альбина Троекурова. Она дворянка, постоянно проживает в Кромлехе. Довольно известная в городе медиум и предсказатель. Но здесь, в Столице, у нее так же имеется поместье или дом. Мне нужны все ее адреса. Я не знаю, находится ли она еще здесь или же отправилась обратно в Кромлех. Но когда придёт время, я бы хотел ее отыскать.
Старый князь с понимающей улыбкой усмехнулся и сказал:
— Что ж, дело молодое. Признаться, фамилия мне ничего не говорит. Гадалка, значит… Захотелось узнать о своей судьбе?
— Князь, я сам создаю свою судьбу, — мягко ответил я. — Когда-то я обещал ей, что придёт время и я смогу ее отблагодарить за то, что она помогла мне в трудную минуту.
Рокоссовский, пожав плечами, сказал:
— Уже завтра у тебя будут все необходимые данные, сынок. Еще что-нибудь?
Тут я не сразу озвучил свою просьбу. Надеюсь, князь не сочтёт ее несколько, хм, странной.
— Ваша светлость, мне нужны головы графа Перумова, убитой магистром Сафоновым Ведьмы, и того существа, некроманта из Безлюдных земель, что мы привезли вам в прошлый раз.
Как я и ожидал, наконец-то мне удалось заставить князя изумлённо уставиться на меня.
— Головы? Помилуй тебя господь, Алексей! Для чего тебе головы этих, без преувеличения скажу, нечестивых тварей?
— Буду собирать коллекцию личных врагов, — стараясь держать серьёзную мину, подмигнул я ошарашенному Рокоссовскому.
Глава 26
Глава двадцать шестая.
Граф Владимир Казанцев оставался таким, каким я его помнил по своему давнему и такому позорному выпуску из Академии. Когда во время принесения присяги хотелось провалиться сквозь землю. Он же уставился на меня так, словно увидел, по меньшей мере выходца из самых тёмных глубин преисподней. Неожиданно улыбнулся и сказал совсем не то, что я ожидал:
— А ведь помнишь, как я тебе говорил, что именно я должен отдавать тебе честь? Может, и не в таких словах, но с похожим смыслом… И я очень рад, что это время настало. Но, признаться, я никогда не думал, что такой незрелый и обозлённый на весь свет юнец, как ты, в итоге станет тем, кого я сейчас вижу перед собой. Ты очень изменился, Часовой Тринадцатой Стражи. Очень. Ваша Светлость.