И у старикашки бы всё получилось, если бы не призрак. С кривой улыбкой Миала наблюдала, как какой-то дух закрыл собою Альтиора. Бред, ведь подобные создания очень трепетно относились к своей оставшейся сущности. Не привыкли они жертвовать своим посмертием, даже если говорить о Проклятых. Но этот воитель поступил иначе, чего Миала не понимала. Она, вообще, многого не понимала с момента своего заточения. То, что Скверну ведёт злая воля — ясный факт, но кто это делает? Кто руководит подобным отребьем, как этот сектант у алтаря?
В любом случае — это уже не важно. Пусть воитель спас Альтиора, но тот всё равно проиграет. Кровавый Бог слишком слаб, его люди не смогут остановить сектанта, а Миала… она скоро умрёт, расплатившись с вечностью за свои гордыню, высокомерие и наглость.
Вот только, когда богиня собиралась закрыть глаза и испустить последний вздох, перестав бороться, вся её суть содрогнулась. Волосы на шее зашевелились от пробежавших мурашек, а сердце охватило давно позабытое чувство страха.
Реальность застонала, а весь Срединный Мир в один миг испустил тяжёлый вздох от той мощи, что в одночасье охватила весь храм. Кровавая волна, внутри которой клубилась тьма, вырвалась из тела Альтиора неистовым потоком. Сильнейшее давление охватило каждого разумного в этом месте, отчего у всех их перехватило дыхание. С неверием Миала смотрела на того, кто порождал эту мощь и с трудом смогла сглотнуть вставший в горле ком.
Альтиор не двигался. Он не слушал ядовитых речей сектанта, ликующего от переполнявшей его силы. Нет, Кровавый Бог смотрел перед собой. На то место, где истаивал призрак, последние слова которого потонули в грохоте мощи и сильнейшей из увиденных когда-то эманаций энергии.
Но вот Кровавый Бог покачнулся. Едва заметно повёл плечом и посмотрел на сектанта. И стоило Миале всмотреться в его глаза, как пришло осознание — им всем конец. Не только безумцу в балахоне, а каждому, кто попадётся на пути Альтиора. Предвестник в его руке загудел от мощи, окрасился в кровавые цвета, и стал источать из себя бордовое пламя.
Одним из даров Миалы было чувство эмоций разумных. Как смертных, так и бессмертных. И сейчас она чувствовала, что Кровавый Бог был в необъятной, всепоглощающей ярости. И тем сильнее был ужас в глазах бессмертной, прекрасно знающей, что даже после смерти можно очень и очень сильно страдать.
Кровавая волна тьмы искривилась, пошла рябью и уплотнилась в ритуальной зале. Её частицы покрыли собою Агилара, Малению и Габриэля, создав вокруг каждого из них подобие кокона. К изумлению Миалы, та же энергия потекла и к ней, заключив в кровавую темницу. Последнее, что богиня видела, перед тем, как её сознание заволокла тьма — шаг Кровавого Бога. Один единственный шаг, от которого содрогнулся весь Срединный Мир…
Гул. Это было единственным, что я слышал, когда нанёс свой удар. Предвестник, в который я вложил весь свой гнев, исполнил то, для чего и был когда-то выкован, собрав жатву с бессмертного.
Сектант даже не осознал, как умер. В последний миг он попытался защититься, но это не помогло ему. Меч рассёк его на две части, а остаточная мощь стёрла из реальности остальное. А вслед за этим исчез и храм, от которого остался один растрескавшийся фундамент. Исчезла половина города, а моя сила пошла дальше и стёрла с лица земли три остроконечные горы, исчезнув в небесах.
Гул… Только гул. Эхо от боли Срединного Мира, пострадавшего от вырвавшейся в один момент мощи моей души. Прекрасный звук, но тишина мне нравится больше. Ещё и этот звон в ушах…
Я медленно опустил взгляд на меч, заметив на лезвии очередной маленький скол. Со временем он исчезнет, клинок восстановится сам, от моей энергии, но это следствие атаки. Даже Предвестнику тяжело далось совершить подобное, но он вновь меня не подвёл.
Боль в груди была невыносимой, но сейчас я на неё не обращал никакого внимания. Одно знал точно — источник переполняла энергия и сила, но выдержать её он не способен. Началось саморазрушение, чего и следовало ожидать. Силу нужно восстанавливать годами, медленно и верно, а не стремительным рывком.
Итог оставался неутешительным, скоро мне конец и это факт. Даже бессмертный не сможет выжить, если его источник разрушен. И пока есть время, нужно завершить все дела. Покончить со Скверной и той тварью, что руководит от её имени.
Я ещё раз посмотрел на то место, где ранее был воитель, отдавший за меня свою душу. Пусть я не знал его, как должно, помня лишь его беседы с матерью и тёмную бороду с длинным тёмными волосами, но его голос… Этого мне не забыть никогда. Как и его жертвы.