Она замерла, перестала махать крыльями, которыми пыталась ударить меня по голове и одновременно взлететь. Вздохнув, воительница расслабила хватку. Со звоном оружие упало на каменный пол, а она чуть повернула голову и шепотом сказала:
— Я бы сказала: рада, что ты вернулся, Альтиор. Но не скажу.
— Мне достаточно и этого, — ухмыльнулся я, отпустил её руку и убрал меч в ножны. — А ещё того, что ты скучала.
— Вот ещё! — фыркнула нефилим и помассировала запястье. — Ты заявился в Милитариум не просто в гости, а для дела. Значит, и проведать не собирался изначально. Так что — хрен тебе, а не радостная встреча. Довольствуйся тем, что я согласилась с тобой сразиться в спарринге, а не убила на месте!
— Ты как всегда — сама доброта, — саркастично ответил я на это, а пока Маления не успела что-то ещё добавить, направился к коротышке на скамейке. — Здравствуй, Бофур.
Коренастый гном, лицо которого испещряли глубокие морщины от старости, пригладил седую бороду. Он осмотрел меня с ног до головы, а затем ухмыльнулся.
— И тебе привет, Альтиор! Когда долг отдашь?
Я криво улыбнулся. Что и следовало доказать — Бофур не забыл. Гномы вообще мало чего забывают, а если речь о деньгах, то тем более. Я залез рукой в карман и вытащил оттуда пять монет. Сухая ладонь гнома сразу их сгребла и спрятала под рясой, на которой карманы видно не было.
— Хороший был бой. Хоть кто-то нашу красавицу-начальницу одолел, — кивнул он, посмотрел мне за спину и хмыкнул. Готов поспорить, Маления позади меня покрылась краской. И отнюдь не от смущения. — Ладно… на мордобой посмотрел, долг получил, теперь можно и о деле. Тебя ждёт Балем. Ты ведь к нему пришёл?
— Верно.
Он кивнул, поднялся со скамейки, отряхнулся и махнул мне рукой.
— Пойдём, я тебя провожу, а то Малении надо наряд сменить, — вновь он ухмыльнулся и чуть громче добавил: — А ещё проверить отчёты, что ей принесли!
— Тц-ц! — цыкнула воительница, обожгла нас с гномом злым взглядом и быстрым шагом двинулась на выход. — Без тебя знаю, что мне делать!
Мы с Бофуром проводили взглядом её покачивающиеся бёдра и сложенные за спиной крылья.
— Она и правда скучала, Альтиор… — шепотом произнёс гном так, чтобы нефилим не услышала.
— Но никогда этого не скажет, — понимающе улыбнулся я. — Веди, Бофур, а то Милитариум изменился и я теперь не особо понимаю, где и что находится.
Поместье управляющего всем Милитариумом, находилось не в его центре, а на окраине. У подножья трёх горных пиков, на холме.
Бофур показал мне дорогу, вкратце рассказывая обстановку. О том, что из Срединного Мира стало прибывать разумных больше, чем раньше. На слухи с той стороны портала, которые разнились и были похожи на бред. Во всяком случае — так считало большинство, но не я. Особенно, когда мой старый знакомый упомянул Скверну. И судя по его насмешливому тону я понял — он не знал. И Маления не знала, что действительно происходит.
Я поднялся по каменной лестнице и оказался возле украшенной символами арки с воротами из чёрного металла. Территорию поместья управляющего защищали кирпичные стены, а за ними можно было разглядеть садовые деревья.
Мне не нужно было стучаться или звать хозяина. Он и так знал, что я здесь.
Медленно, будто давая шанс гостю передумать и уйти, ворота распахнулись. Моему взору предстала выложенная камнем дорожка, ведущая к двухэтажному особняку с покатой, черепичной крышей. В Милитариуме не бывает холодно, но из трубы дымохода струился дым. Балем переехал в новое жилище, но старых привычек не утратил, камин в его доме никогда не затухал.
Впрочем, в доме-то он и не был. Я его заметил в белоснежной беседке у маленького пруда, в котором плавали лилии. По деревьям, бегали белки. Стрекотали насекомые, бабочки летали от одной клумбы цветов к другой, а запах листвы и фруктов густым облаком висел в воздухе.
— Альтиор, — чуть кивнул управляющий Милитариумом, поставленный мною когда-то давно на эту важнейшую должность.
— Балем, — ответил я ему тем же и сел напротив.
На деревянном, белоснежном столе, вспыхнуло пламя. Но оно не обжигало и не причиняло вреда. А стоило ему исчезнуть, как перед нами оказался фарфоровый чайник с парой украшенных золотыми узорами чашек, и ваза с фруктами.
В тишине, Балем принялся разливать пахнущий хвоей и цветами напиток, а я получше к нему присмотрелся.
Внешне он не изменился никак. Всё такой же невысокий, с длинными светлыми волосами, узкими плечами и больше смахивающий на подростка, нежели на взрослого мужчину. Вот только этот образ разбивали вдребезги заострённые уши и оранжевые, будто разъярённое пламя, глаза, в которых застыла мудрость и знания столетий.