Народ зароптал, поддерживая того единственного, кому хватило храбрости заговорить.
— Марселю отныне ничего не угрожает, — посмотрел я в глаза этого разумного, который ростом и шириной плеч не уступал минотаврам. Седина в его гриве говорила о том, что это умруденный жизнью Охотник. — Вместе с Сумрачным Князем мы уничтожили Скверну. Город чист, а вампиры обеспечат его безопасность.
Охотник кивнул и расслабился. Мои слова успокоили его, всё же репутация Владыки Зазеркалья не пустой звук. Моё слово — закон и высшая инстанция. Если я сказал, что всё нормально, значит так оно и есть.
— Вы вольны уйти, никто вам мешать не станет, — продолжил я, заметив краем глаза удивление Анны и остальных сотрудников зала. — Но сейчас Зазеркалью не нужен хаос. Скверна питается им. Наша разобщенность, наши страхи, наша слабость — делает её сильнее. И пока я не разберусь в этой проблеме окончательно, для вашей же безопасности вам лучше остаться в Милитариуме.
Я сделал ещё шаг вперёд, заметив в дверях зала Бофура и появившегося из воздуха Ифрита. Принц Летнего Двора, управляющий Милитариумом, прибыл, чтобы разрулить ситуацию. Но раз я здесь, то нужно дать этим разумным то, что им необходимо и чего они ждут. Веру в завтрашний день и надежду.
— Волею своею и властью своею я объявляю в Милитариуме высшее право Последнего Оплота!
Толпа словно ожила и всколыхнулась. Разумные зашептали и стали переглядываться, а часть их согласно кивала.
Последний Оплот — высшая мера при угрозе Скверны. Место, где каждый найдёт укрытие и спасение, даже самый последний бедняк. Экономическая система, конечно, рухнет, ведь те же цены на отели упадут стремительно, как и возникнет потребность в огромных объёмах продовольствия для тех, кто решит остаться. А то, что большинство этих разумных придёт к этому заключению я не сомневался. Сейчас Зазеркалье не безопасно, а здесь есть управляющий, гвардия и Владыка, который спасёт их жизни.
Новость о том, что Милитариум стал Последним Оплотом разлетится стремительно, раз известие о Скверне уже дошло сюда. Скоро начнут прибывать сотни беженцев, как из Срединного Мира, так и из государств Зазеркалья. И всех их нужно обеспечить необходимым. По сути то, что я сделал, временная мера при военном положении. И заодно ещё один стимул лично мне, чтобы быстрее решить проблему со Скверной и предателями.
Народ стал постепенно рассасываться и лишь единицы решились уйти. Работники зала следили за порядком, а минотавры осаживали особо ретивых, которых ещё не отпустил страх. Бофур также занялся своей работой и общался с теми разумными, кто выглядел несоразмерно богаче остальных.
— Неприятное решение, но правильное, — кивнул Ифрит, встретивший меня и Агилара у западных дверей зала. Он пристально посмотрел на Древнего Вампира и сухо произнёс: — Здравствуй, Князь.
— Балем, — со всей той же невозмутимостью ответил Агилар.
Эта парочка не особо переносила друг друга. В своё время мой старый друг успел отдавить мозоли Летнему Двору, а те в свою очередь приложили руку к исчезновению Империи Арахор. Врагами их не назвать, слишком много времени утекло, да и с появлением Скверны приходилось действовать совместно, но друзьями они точно не являлись. Тут ещё стоит уточнить, что именно мы с Ромулом в своё время приложили уйму сил, чтобы Летний Двор и остатки вампиров стали временными, но союзниками в войне со Скверной.
Я не стал ходить вокруг да около, опустив все правила этикета и прочую муть. Посмотрел прямо в глаза Ифрита и задал лишь один вопрос:
— Лисандра была здесь?
Брови Балема приподнялись в удивлении, что случалось крайне редко. Ифриты вообще на эмоции скупы.
— Нет, Кровавый Бог, твоей помощницы не было в Милитариуме. Если бы она появилась в моих владениях, то я бы сразу об этом узнал. И я готов предложить хорошую цену за информацию о том, кто сумел меня обмануть.
Что и требовалось доказать, но мне нужно было точно подтвердить догадку. Демоны протащили Лисандру в Срединный мир как-то иначе.
— Тогда я знаю, кто нам поможет, — доставая телефон и открывая книгу контактов, произнёс я.
Глава 17
Милитариум.
Отель «Адмирал»
Последние дни у Мирака не задались от слова совсем. Постоянный страх за собственную жизнь, которая разрушилась в одночасье. Ужас, из-за которого владелец туристической фирмы, а теперь негласный пленник самого Кровавого Бога, упивался алкоголем в номере отеля.