Панический страх время от времени еще накатывал на меня. Но я научился предугадывать приближение приступов и переносил их легче, чем вначале. Прошло, наверное, еще около суток — больше или меньше, кто знает. За стенками сундука царила тишина, как я ни напрягал слух. Прогрызть эти стенки я так и не попытался — кто мог сказать, что в таком случае придумала бы для меня Мелисса. Она ни разу не пришла проверить, все ли в порядке с ее пленником, но я полагал, что данные о моем состоянии выводятся на ее интерфейс. Когда она все-таки явилась, мне очень хотелось сказать ей что-нибудь обидное. Но я был так счастлив, что ничего не пришло мне в голову. Если бы она вытащила меня из сундука только для того, чтобы убить, я вряд ли бы сообразил, что нужно сопротивляться.
Ноги слушались плохо, так что к выходу из подземелья Мелисса тащила меня почти что волоком. Выход оказался ближе, чем я думал. Просто он был замаскирован, и я бы не заметил его при всем желании, даже если бы смотрел на него в упор. Мелисса использовала для создания маскировки свои классовые навыки.
Темнота пещеры рассеивалась постепенно, поэтому я не щурился, когда Мелиса выволокла меня наружу. Я увидел Тима, Боггета, Селейну, Кифа, Рэккена, Курая с Айсом. Здесь был даже Лэнди. А еще здесь же находился Черный Принц и какой-то незнакомый мне эльф-игрок всего шестого уровня.
Мелисса отпустила меня. Я ухитрился не упасть. Главное было не смотреть вверх: над нашими головами неторопливо проплывала далекая земля. По отношению к ней мы все стояли вверх ногами.
— Сэм!.. — Тим было сделал шаг ко мне, но Мелисса плавно и быстро выхватила из-за пояса свой серп и приставила лезвие к моему горлу.
— Стойте на месте. Где вещь, о которой я говорила?
— Она здесь, у меня, — послышался голос Эйра. Он достал из инвентаря череп, который мне довелось видеть уже дважды — в «Костяной башне» и в воспоминаниях Арси. — Но я тебе ее не отдам. Эта вещь еще нужна мне.
Он спрятал череп. Я расслышал глухое клокотание, раздавшееся в глотке разбойницы. Она была разъярена. Тяжелым взглядом она обвела моих друзей.
— Я вас предупреждала…
Я видел, как ее кисть едва заметно повернулась для более удобного и быстрого удара. Успеет ли Киф вытащить меня? При такой разнице в уровнях между ним и разбойницей — вряд ли.
— Постой, — сказал Черный Принц. — Я мог бы отдать тебе эту вещь. Но я и раньше говорил тебе, что в этом нет никакого смысла. Ты не получишь то, чего хочешь на самом деле.
— Это мне решать! Верни… Просто верни мне Персиваля!
— Раньше у меня не было возможности доказать тебе правдивость своих слов, — не обращая внимания на повышенный тон разбойницы, продолжал Эйр. — Но теперь, благодаря этим людям, она у меня появилась, — он повернул голову к незнакомцу, тот вышел вперед.
— Здравствуй, Мелисса.
Глаза разбойницы расширились — она узнала голос. Я тоже его узнал. Я слышал его, когда использовал навык «Глаза врага» на Черном Принце.
— Ты…
— Извини меня за то, что так получилось. Я потом еще раз зарегистрировался в игре, даже создал себе нового персонажа, хотел разыскать тебя. Но как-то не зашло. Знаешь, после того, как я вернулся, все это стало казаться каким-то сном, и я…
— Где мы познакомились? — строго спросила Мелисса. Смотрела она не на эльфа, а в землю у его ног.
— В Саэргене, в трактире «Мелкая сошка». На тебе был нубский шмот, это было мило — при твоем-то уровне.
— Кто тебе сделал татуировку с собачьей головой?
— Игрок-читер с замашками художника, я не помню, как его звали. Но руки я ему хотел переломать, это точно.
— Сколько режимов атак у моего серпа?
— Четыре. На один больше, чем у обычного оружия. Ты прокачала его, когда…
— Достаточно, — произнесла разбойница шепотом. Рука с серпом медленно опустилась. — Значит, он говорил правду? Ты действительно вернулся?
— Ну да. Только не помню как. Это было после того, как я погиб в последний раз. Я возродился, хотел вернуться в Безмирье, но каким-то образом оказался дома. В нашем мире, кстати, времени не так уж много прошло, представляешь?