— Пэвэпэшники, — с ноткой обиды сказал Гард. — Мы им не очень-то нужны были.
— А мне понравилось, — произнесла Дас. — Неплохо сыграли.
В этот момент Мистраль отважился в решающую атаку. Хазар ушел в оборону, отступил и оказался на краю крыши. Та, естественно, стала рушиться. Оба противника должны были снова оказаться на брусчатке улицы. Но тут Мистраль резко прыгнул вперед и настиг Хазара в падении. Сам он действительно шлепнулся на брусчатку, потому что потратил время на атаку и не успел сгруппироваться. А вот Хазар очутился на площади среди нас.
— С возвращением! — поприветствовала Белка и его. Что-то злорадное было на этот раз в ее тоне.
Хазар искоса взглянул на экран, усмехнулся.
— Все-таки выиграл.
Прозвучал гонг, возвещающий окончание дуэли. В полуразрушенной арке под звуки аплодисментов показалась фигура Мистраля. Он помахал нам рукой. Появилась Крышечка. Она улыбалась.
— Поздравляю с победой! Хорошая была игра! Возвращаемся?..
Нас встретили громкими приветствиями, одобрительными репликами, свистом. Различия между членами победившей и проигравшей команд не делалось — и те, и другие неплохо развлекли зрителей, наблюдавших за дуэлью. У меня вокруг эмблемы клана в интерфейсе появилась маленькая яркая ленточка — сообщение гласило, что она будет оставаться там трое суток. Не успел я его смахнуть, как пришло еще несколько. Это были заявки в друзья, в том числе от Мистраля и Хазара. Заявка Хазара содержала приписку: «Привет! Это был твой план, да? Я хотел бы сыграть с тобой. Можно пвп, но я бы предпочел группами. Что скажешь?» Я не возражал, о чем и сообщил ему. Вот только как-нибудь в следующий раз. На стратегию для второй дуэли моего вдохновения могло не хватить, да и портить впечатление от победы не хотелось.
Ответив на сообщение, я оторвался от интерфейса и вдруг заметил в толпе игроков Энли Ксида. Я подошел к нему.
— Что, снова следил за мной?
Он усмехнулся, отвернулся.
— Да зачем мне это надо.
Я удивился.
— Что, неужели дуэль была совсем неинтересной? Ребята так старались…
На это ему было ответить нечего. Я решил не доводить его.
— Ладно, я еще побуду тут немного. Клянусь, что ничего не замышляю.
И я повернулся, чтобы уйти. Но стоило мне сделать несколько шагов, как Ксид окликнул меня.
— Сэй Морр.
Я обернулся.
— Да?
— Я тебя не боюсь.
Мог ли Северозар рассказать кому-то о том, что с ним произошло? Мог ли этот кто-то поверить ему?.. Я улыбнулся. Третий бар перед моими глазами вдруг резко скакнул вверх и стал почти полным.
— А у тебя пока и нет причин бояться меня.
С этими словами я скрылся в толпе игроков. Я не намеревался уходить. Посмотрел несколько дуэлей, поболтал со случайными игроками. Когда стало смеркаться, на крепости зажглись факелы, а потом, когда стемнело, маги клана устроили фейерверк, каждый залп которого сопровождался одобрительными криками. Но после полуночи поляна стала пустеть. Дуэльный фестиваль оканчивался.
Я мог вернуться порталом домой. Но никто не обращал на меня особого внимания, так что на ночь я остался в Ирбисе. Комнаты крепости работали так же, как гостиничные номера: можно было просто войти в помещение, а можно было ввести пароль и оказаться в личной комнате. Оказавшись в своей комнате, я почувствовал себя в безопасности, и странное ощущение не покидало меня: будто бы если я сейчас открою дверь, окажусь в нашей гостинице в Вэллнере.
Валяясь в постели, я ответил еще на несколько сообщений, а потом попытался заснуть. Перед моими глазами стояли яркие огни, расцветившие небо над Ирбисом. Но где-то далеко за ними, словно укор, мелькал простой серый плащ и темная девичья коса.
Наутро я вернулся в Вэллнер и сразу заподозрил недоброе. Несмотря на отнюдь не ранний час, в нашем крыле было слишком тихо. Поднимаясь по лестнице, я тоже постарался производить как можно меньше шума. Когда я вошел в гостиную, от сердца отлегло: все были здесь, просто соблюдали необычную тишину. Впрочем, стоило взглянуть на Боггета, чтобы понять совершенно прозаическую причину происходящего.
— Доброе утро, — осторожно поздоровался я.
— Доброе… — инструктор скривился так, словно сама необходимость подбирать и прилаживать друг к другу слова перед тем, как их произнести, заставляла его голову раскалываться. — Сэм, ты шутишь?