Я покачал головой.
— Нет, Боггет. Извини. На этот раз — нет.
Он ничего не ответил. Пожал плечами, отошел в сторону. Я остался стоять на границе темноты и света от костра. Я не знал, что делать.
Глава 62. Гнев жрицы
Огромная башня возвышалась посреди равнины подобно каменной игле, вонзенной в мир. Стены ее были темно-коричневыми и неровными, будто бы их покрывали сколы. Кое-где различались остатки причудливого геометрического орнамента, некогда, вероятно, обвивавшего башню. Мне довелось побывать у ее подножья, и тогда я словно стоял перед ровной стеной: не было ощущения, что она заворачивает. Истинные масштабы Горизонта можно было оценить, только стоя на значительном расстоянии. Издалека становилось видно, что ширина башни такова, что на ее месте мог бы разместиться город, а вершина ее теряется в облаках.
Лагерь «Целестиона», раскинутый у подножья Горизонта, казался россыпью ярких пятнышек. В лагере не было никакой практической необходимости: когда придет время, здесь откроются порталы, из которых хлынут члены клана. Но из-за того, что новость о грядущем рейде была у всех на слуху, здесь то и дело появлялись игроки, которым хотелось поглазеть на башню. Разумеется, «Целестион» не мог упустить такую возможность продемонстрировать свое могущество и серьезность намерений.
— Неужели вы сможете пройти эту башню за один день? — изумилась Рида.
— За один день или нет, не знаю. Но у нас не будет возможности покидать башню и возвращаться обратно. Так что будем двигаться как можно быстрее.
Мы находились на невысоком обрыве, с которого открывался отличный вид на Горизонт и окружавшую его долину. Окрестные скалы меркли в свете величия башни.
— Ничего, что я не иду с вами?
— Я рад, что ты остаешься.
— Ты беспокоишься обо мне, это так приятно, — она заулыбалась и прильнула к моему плечу. — Но со мной бы все равно ничего не случилось. Ты же видишь, я стала сильной. Ты же видишь это?
— Конечно.
Она вздохнула.
— Эта башня — пятая часть вашего квеста, верно? Есть еще шестая.
— Да.
— И в чем она заключается?
— Я пока не знаю. Это будет понятно, когда мы доберемся до вершины Горизонта.
— Вы обязательно должны туда попасть?
— Да.
— А если не сумеете?
— Это обязательный этап квеста. Если мы провалим его, провалим и сам квест.
— И никакой шестой части не будет?
Я пожал плечами. Мысли мои были далеки от квеста, несмотря на его уровень. Сунув руку в карман, я поглаживал пальцами маленький кусочек бронзы — листок с капельками росы. Это помогало мне оставаться спокойным.
— А ты не можешь передать этот квест кому-нибудь? Скажем, Боггету или тому монаху. Или даже Селейне. Она бы могла этим заняться, разве нет?
— Почему ты об этом спрашиваешь?
Она прижалась ко мне плотнее.
— Просто хочу, чтобы мы поскорее вернулись домой. Тебя ведь, кроме этого квеста, ничего здесь больше не держит?
Я слегка отстранился от нее.
— Рида, я создал клан. Мои друзья рассчитывают на меня. Сейчас мы строим крепость и…
— Перестань, Сэм, — она перебила меня, наморщила лоб. — Они сами могут о себе позаботиться. Ты и так сделал для них очень много — ты их сплотил, дал им убежище. Теперь ты просто передашь обязанности кланового лидера кому-нибудь и будешь свободен.
Я отодвинулся от нее более решительно, повернулся, чтобы говорить, глядя ей в глаза.
— Рида, я не хочу возвращаться. Я теперь живу в этом мире, и мне здесь нравится.
Она смотрела на меня со снисхождением и легким укором.
— Ты должна понять это, — продолжал я. — То, что между нами было, давно прошло. Этого не возвратить. Я не останусь с тобой, Рида.
Я говорил спокойно, четко, не сбиваясь, но вовсе не оттого, что вдруг обрел смелость и решительность. Просто я произносил эти слова уже в третий раз. Однако реакция была такой же, как и в предыдущие два раза. Рида улыбнулась.
— Я понимаю, что это очень серьезный шаг, — сказала она. — Ты, может быть, не совсем готов к нему. Но вместе мы преодолеем все трудности. У нас все получится, Сэм. Я всегда буду любить тебя.
Когда я в первый раз попытался объясниться с Ридой, ее ответ сбил меня с толку: я счел, что выразился недостаточно точно и она не поняла меня. После второй попытки я всерьез задумался о том, сумел бы я снова полюбить эту девушку. Теперь она уже точно не могла понять меня неправильно, но ее слова звучали так искренне, что это трогало сердце. Однако стоило мне представить себе, что я променяю Безмирье на жизнь с Ридой, все во мне поднималось волной протеста. Может быть, это было бы правильно — остаться с ней, ведь именно это когда-то было моим самым сильным желанием. Может быть, выбирая Безмирье, я совершал ошибку. Но если и так, это была ошибка, которую я совершал осознанно. Мысль об окончательном разрыве с Ридой вызывала у меня сожаление, но сожалел я не о том, что теряю что-то. Я ничего не терял — по крайней мере, не то, что было мне дорого. Я сожалел о том, что не могу ответить на чувства Риды. И я точно знал: если бы я согласился на ее предложение, я сожалел бы в тысячу раз сильнее, потому что это было бы сожаление о настоящей потере. К чему бы я ни стремился прежде, сейчас я хотел остаться в Безмирье и дальше делить приключения со своими друзьями, соратниками и…