— Сэм…
— Уходи!
Лицо Риды исказила судорога. Она захныкала, а потом зарыдала. Мы столько лет прожили вместе, но я ни разу не видел, чтобы Рида рыдала так — громко, бесстыдно, как маленький ребенок, которого обидел кто-то взрослый. Она даже не пыталась закрыть лицо ладонями. Захлебываясь, всхлипывая, подвывая, она смотрела на меня. Она хотела, чтобы я видел, до чего она дошла из-за меня — до чего я ее довел. Она хотела, чтобы я осознал, насколько я виноват перед ней. Мне должно было быть стыдно, я должен был изменить свое решение и прямо сейчас обнять Риду, успокоить ее, утешить. Но мне было лишь горько. Ничего менять я не собирался. И я оставался стоять, где стоял.
— Сэ-эм…
С неба с шумом хлынул дождь. При этом вокруг посветлело. Я и раньше замечал это: почему-то, когда дождь только собирается, темнеет, словно наступают поспешившие сумерки. Но стоит политься на землю небесной воде, становится светлее.
— Уходи, — повторил я. И добавил: — Пожалуйста.
Рида шмыгнула носом, вытерла лицо рукавом. Без толку — платье на ней уже намокло. Моя одежда была в лучшем состоянии, но только потому, что на моих плечах все еще был плащ, скрывающий статы. Как оказалось, он вполне способен и защитить от дождя.
— Я понимаю, я наделала много ошибок, — заговорила Рида спокойнее. — Я была не права. Пожалуйста, прости меня. Я же все это делала, чтобы снова быть с тобой. И ты… Теперь мы наконец-то можем жить так, как всегда хотели… Вместе… Мы…
Она говорила и говорила. Ее голос, сначала грубый и хриплый после истерики, становился все тише, все вкрадчивей, почти теряясь в шуме дождя. Я стоял и слушал. Я понимал, что мне лучше уйти — повернуться и уйти первым. Кто-то должен сделать это, иначе это никогда не закончится.
— …Я так скучала по тебе, Сэм…
На губах Риды не было заметно улыбки, но мне казалось, что еще немного, и я ее увижу. Нет, не прежнюю, которую я знал и любил, которая делала счастливым и заставляла улыбаться меня самого. Другую. Дурную, безумную, с какой она была готова убить и меня, и Сайлет, и бог знает кого еще.
— …Знаешь, все это время я оставалась тебе верной… Ты был моим первым и остаешься единственным. Это же важно, правда? Потому что если у девушки был кто-то еще, не важно, сколько их было — она уже не будет прежней. А я такая, какой была с тобой. Сэм…
Что бы Рида ни вытворила, ее можно было понять. При всей своей силе она была всего лишь девушкой, которой двигала любовь ко мне, желание остаться со мной, прожить вместе жизнь — как мы и хотели когда-то. Это дорогого стоит. В том, что рассыпались мои отношения с Сайлет, Рида не виновата. В этом виноват я сам. И сейчас я не сердился на Риду даже за то, что она чуть не убила меня.
— Я не представляю своей жизни без тебя, — ворковала Рида. — Столько всего произошло… Да я одна просто умру. Зачем мне все это, зачем мне жить, если тебя не будет рядом…
Меня ничего по-настоящему здесь не держало. Мои друзья были вполне способны справиться со всем и без меня — и со строительством крепости, и с квестом. Может быть, я даже мешаю им. Так ведь уже было: мы были командой, пока я не погиб в первый раз. И как только это случилось, каждый смог жить своей собственной жизнью. Если бы так продолжалось — если бы я не вернулся — кто знает? Может быть, так было бы лучше…
…Для всех.
Вода текла по моим рукам, и я не понимал, холодная она или горячая.
— Сэм… Я… Мы…
Голос Риды перешел на шепот. Чтобы расслышать ее слова, мне нужно было приблизиться к ней. Сделать хотя бы один шаг. Но я стоял, не двигаясь. Я знал, чувствовал, что стоит мне шелохнуться, Рида бросится мне в объятья. Наверное, какая-то часть меня хотела, чтобы так и произошло. Но в то же время в моей душе закипала злость. Я злился на Риду — за то, что она никак не оставит меня в покое. Но больше, гораздо больше я злился на себя. Что же я за слабовольное существо, если не могу быть честным в такой момент? Я же мучаюсь сам и мучаю эту девушку. Да, я ее простил, я больше не сержусь на нее за то, что она сделала. Но я больше и не люблю ее. Почему это так сложно сказать? Почему когда-то было так просто произнести: «Я люблю тебя, Рида!» — и так сложно вслух признаться, что больше никакой любви нет? Между нами все кончено, Рида!
— Рида!
Ее глаза распахнулись. Она подалась вперед так, словно кто-то толкнул ее в спину.
— Сэм…
Я зажмурился.
— ЗАБУДЬ МЕНЯ!
Тишина ударила по ушам, как оглушительный грохот. Я хотел сказать что-то еще. Между нами все кончено — да, кажется, я почти произнес это. Но мана просела, перед внутренним взором замелькали оповещения. Не читая, я смахнул их и открыл глаза.