- Привет, Киф. А ничего, что они без хилера?
- Привет! Ничего. Я с Тимом договорился - прилетит порталом, если что. Но это вряд ли понадобится. Айс же опытный игрок. Он контролирует команду.
- Тогда ты тут зачем? - я сел рядом.
Киф скосил глаза. Какое-то время он с затаенной грустью во взгляде смотрел на меня, потом поднял голову, посмотрел туда, где отображались мой ник и уровень. Затем он снова уставился на кладбище.
- Из-за Шедли. Ему все еще сложно разговаривать вслух. Из этих троих его понимает только Рэккен. Но Рэккена его способ общения настораживает - скорее всего, он думает, что Шедли может читать его мысли. Я не могу их оставить, пока все так.
Я кивнул. Я не настаивал на том, чтобы Шедли и Рэккен остались с нами. С тех пор, как Рэккен попал к нам, он вел себя осторожно. Рога не был настроен враждебно, но он понимал, что после того, как он напал на наш отряд в составе группы Говарда, хорошие отношения с нами быстро не сложатся - возможно, они не сложатся вообще. Он был готов уйти. Но Рэккена - не знаю уж, как - убедил остаться Киф. К тому же, с ним нашел общий язык и Боггет. Инструктор открыто демонстрировал, что не злится на него за то нападение, хотя и не забыл о нем. В отличие от Боггета, Тим смотрел на Рэккена волком. Он вернул ему перевязь с метательными ножами и предпочел бы, чтобы Рэккен убрался куда-нибудь подальше. Они не разговаривали друг с другом, при появлении Тима Рэккен старался уйти, а если это было невозможно, делал вид, что его самого здесь нет. Меня он избегал тоже. Я не доверял Рэккену, но и былого негодования не испытывал. Я видел, что после всего произошедшего он вынужден на многое посмотреть другими глазами и сейчас ему необходима поддержка. Я оставил это Боггету - у него большой опыт в воспитании своенравных мальчишек.
Что касается Шедли, то о нем, в силу его возраста, позаботиться хотелось едва ли не всем. Но мальчик оказался вполне самостоятельным. У него был сильный, волевой характер, и с этим нужно было считаться. Остаться с нами он захотел сам, причем очень удивился, когда я спросил его, не хочет ли он уйти. Он для себя уже все решил. Более того, решенным для него был и вопрос о его классе. Исследовав устройство Безмирья своим удивительным мозгом, Шедли выбрал класс мага, только не знал, с чего он должен начать. Курай обеспечил его, как и тетушку Анжелу, интерфейсом, и вместе с Айсом рассчитал для него возможные варианты развития, как когда-то для меня и Тима это сделали Боггет и Киф. Шедли тоже выбрал магию элеметального типа, только основным элементом у него была вода, а дополнительным - земля. В качестве магии неэлементального типа он выбрал магию тьмы, чем очень порадовал Айса и удивил меня - я-то думал, что он станет прокачивать ментальную магию. Но без сложностей, конечно, не обошлось.
Киф был прав - обычная звучащая речь давалась Шедли с трудом. Насколько я понял по рассказам Боггета, которого однажды угораздило возродиться в мире Шедли, для ски использовать устную речь было чем-то вроде того, как если бы мы все, сидя за одним столом, вдруг решили перестать разговаривать и стали бы писать друг другу письма на обычной бумаге. Речь была нужна только для общения с людьми, да и то это было скорее актом снисхождения - неприятным, но необходимым, поскольку ски, являясь расовой элитой, были малочисленны и во многом зависели от почитавших их людей.
По дому Шедли не тосковал. Мне было сложно поверить в это. Справедливо предположив, что многих из нас это будет беспокоить, Боггет постарался объяснить, что представителям расы ски это чувство незнакомо. Так как их мозг постоянно находится в особом, напряженном состоянии, они почти никогда не думают о прошлом, не вспоминают его. Они осмысляют его и учитывают как жизненный опыт, но имеют с ним очень слабую эмоциональную связь. Фокус их внимания обращен к настоящему, и если обстоятельства меняются, они стараются как можно удачнее в них вписаться. Так они выживают. К тому времени, как Шедли оказался в нашей компании, его родной мир уже стал для него прошлым. Он принял это - и это одновременно восхищало и пугало.
Нынешнее положение и наша компания, кажется, нравились мальчику. Его испытание молчанием мы все-таки прошли, но мы сжульничали: не произнося слова вслух, мы переписывались. Все-таки совсем не разговаривать между собой было невозможно. Шедли, если и раскусил нас, вида не подал. В своих подозрениях Рэккен был далек от истины: Шедли не умел читать чужие мысли. Но он мог передавать свои мысли на расстоянии так, как если бы он произносил слова вслух, а также улавливать присутствие рядом других людей, даже если они пытались оставаться незамеченными. Мы провели небольшой эксперимент: Рэккен, Лэнди, Алена и Киф пытались прятаться от Шедли, используя свои классовые навыки. Рэккена и Алену он находил без труда. Отыскать Кифа он мог, только если тот не использовал специальных навыков для того, чтобы скрывать свое присутствие. А вот найти Лэнди он ни разу так и не смог, хотя его без труда засекали мои «Глаза врага». Это было очень важным наблюдением. Кстати, местных жителей Шели мог обнаруживать тоже.