Тело двигалось легко, послушно, а когда Тим, исхитрившись, все-таки достал меня ножом и лезвие скользнуло по моему плечу - мальчишка сам испугался того, что сумел меня ранить, - кожа от пореза не разошлась. Точнее, никакого пореза не появилось вовсе, от лезвия осталась лишь тонкая белесая полоска, которая почти сразу же исчезла. Оправившись от испуга, Тим принялся рассматривать и щупать мою руку, изучая свойства моей новой кожи. Мне было неловко, но я терпел - слишком уж ярко блестели от любопытства глаза моего друга. А потом мы уселись на лавку у завалины.
- Боггет сказал, что ты хотел остаться в Безмирье, но потом все-таки передумал, - сказал я. - Спасибо, что дождался меня тут.
Тим смутился.
- Да не за что. Не так уж и важно, в каком мире ты живешь. Важнее, что за люди вокруг. Жалко, конечно, что Рейд и Селейна там остались. Если мы больше не увидимся, мне будет не хватать их. Но ничего не поделаешь, - он взглянул на меня искоса. - Они свой выбор сделали. А я сделал свой. Я решил, пойду за тобой.
Он произнес это так просто, что я подумал, что ослышался.
- За мной?
- Ну да, - он повернул голову и уставился на здание училища, точнее, на его крышу. - Киф рассказал мне о перевоплощениях. Вот я и решил, что вернусь сюда и дождусь тебя. А потом - посмотрим. Если ты уйдешь отсюда куда-нибудь еще, я и последую за тобой, - он снова скосил глаза. - Если ты будешь не против, конечно.
- Нет... В смысле, конечно, я не против, о чем ты. Вот только я пока никуда не собираюсь. И так путешествие выдалось длинноватыми.
Тим кивнул.
- А почему ты был так уверен, что я вернусь? - спросил я. - Даже Боггет не верил в это.
Тим пожал плечами.
- Киф верил. Да и я тоже... Но не только. Дело в том, что я видел... То есть, мне кажется, что я видел.
- Что?
- След твоей души. Он вел в этот мир. Прерывался где-то на середине, но потом снова появлялся. И вел сюда.
Мне оставалось только покачать головой.
- Ничего себе у тебя навыки появились.
Тим с гордостью заулыбался.
- Ага. Жалко только, что они не сохранились.
«А у меня, поди, еще и штрафы за то, что я погиб, - подумал я. - Как было у Боггета, пока их с него не сняли. Надо бы расспросить об этом Кифа».
- Кстати, Киф сейчас там, не знаешь? - я кивком головы указал на крышу.
- Думаю, да, где ж ему еще быть. Хочешь сходить к нему?
- Ага. Пойдешь со мной?
- Нет, я постреляю еще. Может, попозже к вам поднимусь.
- Ладно, - я поднялся. - Тогда до встречи.
Пересекая двор, я про себя удивлялся тому, что Тим ни словом не обмолвился насчет Риды. Он ведь был в курсе того, что Рида собирается стать жрицей. Боггет говорил, они даже поссорились из-за этого. Значит, Тим понимал, чем закончится наша встреча.
При мысли о Риде и у меня снова начало щемить сердце. Я был готов повернуть и пойти к храму. Толку от этого, разумеется, не было бы никакого. Ну, побродил бы я вдоль ограды, постоял, вцепившись в решетку ворот, и все. Да даже если бы я пробрался на территорию, ничего бы это мне не дало. А вот если бы я смог увидеть Риду, если бы я только смог еще раз увидеть ее, поговорить, объяснить...
Я остановился посередине пролета черной лестницы, по которой поднимался. Пахло сыростью, деревом, пылью, паутиной. На подоконнике небольшого, едва пропускающего свет окна в надтреснутой керамической вазочке стоял засохший букет цветов, рядом лежал крошечный кусочек мыла. И все это - запахи черной лестницы, волокнистое дерево под моей ладонью, темные точки на лепестках засохших цветов - было так реально, что Безмирье со всеми его чудесами казалось наваждением. На какой-то миг у меня возникло чувство, что вот я сейчас поднимусь на крышу, а никакого Кифа там нет. Сгинул, развеялся, как привидение, со всем миром, из которого он пришел. Да и не было никакого Безмирья, было только какое-то сбивчивое, яркое, но пустое сновидение. Только мои чувства к Риде были настоящими... Да. Но Рида оставила меня. И сейчас, пусть я все еще думал о ней, но шел-то я к Кифу. Что я буду делать, если его и правда там нет?.. Ладно, поднимусь на крышу, там и выяснится, существует ли Киф. А сейчас чего гадать-то?
Я собрался с силами и продолжил подъем. Полутемная лестничная площадка перед последним пролетом, ведущим на чердак. Здесь мы с Ридой однажды целовались... Ярость вдруг нахлынула на меня, и я со всей силы шарахнул кулаком о стену. Чтоб это чертово училище провалилось! Оно не должно, оно просто не имеет права существовать, когда между мной и Ридой все кончено! Все... Или же все-таки - еще нет?..
Я заставил себя успокоиться, перевел дыхание. Боггет был прав: вся моя жизнь вращалась вокруг Риды. У меня не было друзей, с которыми я проводил бы времени больше, чем с ней, - скорее, у меня были приятели, вроде Глефа и Томмана, с которыми мы сблизились, потому что учились вместе, и только. У меня не было увлечений, которым я мог бы предаваться. Я просто старался примкнуть к кому-то, кто был бы сильнее меня, и Рида была сильнее. Может, она как девушка уступала мне физически, но характер у нее всегда был очень сильный, это точно. И в нашей паре она всегда была главной. Меня это устраивало. И мы были вместе так долго, что все просто не могло вот так закончиться. Да... Вот только после нашей памятной охоты, с которой все началось, когда на нас пало проклятье из-за уничтоженного второго сердца монстра, и потом, когда Рида выбрала себе в спутники для экспедиции в Безмирье не меня, а Рейда и Вена, - даже с учетом того, что она думала о моей безопасности, она слишком легко отказалась от меня. Слишком легко. А когда мы все оказались в Безмирье, многое изменилось. У меня появились друзья - сначала Селейна и Тим, потом Рейд. Еще раньше моим другом стал Киф. И Боггета, хоть он и был старше и играл роль наставника, я тоже мог бы назвать своим другом. И дело было не в том, что мы все оказались вдали от дома и были вынуждены работать сообща, чтобы чего-то добиться, - не только в этом. Общие переживания, победы и неудачи сблизили нас. Рида была по-прежнему важна для меня. Но она больше не была единственным важным для меня человеком. Думаю, она это понимала. И это тоже повлияло на ее решение.
Последний пролет упирался в люк, запертый на амбарный замок. Этот замок висел тут, сколько я себя помнил, и никогда не открывался. Чтобы попасть на чердак, нужно было аккуратно вытащить из косяка пару гвоздей и металлическое ушко, в которое была продета дужка замка. За учебный год от частых походов через чердак косяк превращался в труху, его приходилось менять. Но починку поручали студентам, так что еще ни разу чердачный люк не был заделан достаточно надежно. Совсем скоро я оказался на крыше. Порыв прохладного ветра толкнулся в лицо и грудь.
- Привет, Сэм! - услышал я голос Кифа. Забавно: у меня отлегло от сердца - как будто бы Киф и правда мог исчезнуть без следа, оставшись только в моих сбивчивых воспоминаниях, как это бывает в сказках.
Поискав своего друга взглядом, я обнаружил его сидящим перед небольшим, но добротным шалашом, устроенным между печными трубами. Киф махал мне рукой. Я махнул ему в ответ. Приблизившись, я обнаружил, что Киф обзавелся не только шалашом, но и маленьким хозяйством. Когда-то, оказавшись на крыше Главного городского храма, я увидел нечто подобное.
- Как тебя отсюда еще не согнали? - спросил я, присаживаясь рядом.
- Ну, магия для отвода глаз не зря же придумана. Да и кому я тут мешаюсь?
- Никому ты не мешаешься. Но это нарушение правил училища.
Киф поморщился, отмахнулся.
- Пока погода хорошая, буду жить тут. Потом посмотрим. Ты перекусить, случайно, не принес?
- Нет, прости. Не подумал.
- Ничего! Подумаешь об этом в следующий раз.
Я нехотя усмехнулся.
- Да у меня столько всего, о чем следует подумать, что в голове каша.
- Ты о чем?
- Хотя бы о том, что я вернулся с того света!
- А... Ну, и как оно?
- Предпочту не повторять.
Киф хохотнул.
- Да кто бы сомневался! Но ты не переживай так. Подумаешь, умер разок...
- Легко тебе говорить! Ты-то к такому, наверное, давно привык.
- Хочешь сказать, что я настолько нуб, что мобы меня через раз выносят? - возмутился Киф. В голосе его отчетливо прозвучала обида. - Как бы не так!