Библиотека гудела невообразимым количеством студентов, и это было понятно – на носу экзамены, защита дипломов, подтверждение статусов. Ксения не боялась экзаменов, потому что учеба давалась даже слишком легко: она запоминала все с первого раза, в голове ее новые предметы укладывались в виде таблиц, формул и схем, к которым можно было прибегнуть, просто услышав вопрос.
Арсений же мог больше: он слушал лекции, формируя в сознании что-то наподобие комнаты, и складывал в этой «комнате» каждое знание по полкам. А самое интересное – этими знаниями легко могла пользоваться и сестра. Попав в их общее тело, она легко получала доступ ко всему, что узнал Арсений за три недели. И в первый день, находясь в общем теле, девушка с любопытством изучала из памяти все новое, что появилось там без нее.
Это не было памятью человека, жившего в теле, скорее, это было хранилище знаний, опытов, хранилище новых эмоций и открытий. Они переплетались со старыми, уже использованными в учебе или в жизни, образуя все более и более глубокое знание.
Ксения не знала – пользуется ли брат ее знаниями, когда через неделю получает тело назад. И не собиралась спрашивать, поскольку боялась, что брат и вовсе закроет от нее открытое. Ведь как-то он может скрыть этот «чулан»…
Да, в его памяти кое-что не было ей доступно, и в отличие от «комнат» со знаниями она называла это место «чуланом», доступ в который Ксения получить не могла. Она чувствовала это «кое-что» как плотное, неприкасаемое, непробиваемое облако.
Нашла она его просто: обычно, блуждая между знаниями брата, и, коснувшись, допустим, его знаний в биологии, ее автоматически переносило в знания химии или физики, а потом в историю. Это было похоже на хороший обзор, где у тебя появляются ответы на все вопросы – просто вспыхивают в голове сами собой.
Но в некоторых случаях, задав следующий вопрос, на утыкалась в стену. Это походило на библиотеку, в которой есть раздел с закрытой информацией. Как чердак в библиотеке, куда ее привела Мария несколько дней назад.
Видимо, в этой «тайной комнате» брата хранилось и все, о чем они говорят с отцом, потому что мужчин Ксения подслушивала часто, а то, что обрывочно узнавала из их разговоров не могла найти в памяти брата.
Именно так она поняла, что обрыв знаний не означает, что брат этого попросту не знает. Он умеет скрывать некую, не положенную для ее пользования информацию.
— Ксения, доброе утро, - голос Марии вывел ее из раздумий, в которых она как раз сравнивала «чулан» Арсения с чердаком библиотеки. Библиотекарша, как всегда, гладко причесанная, раскрасневшаяся, шла ей навстречу. Она даже раскрыла ладони, словно встречает давнюю подругу.
— Доброе утро, - Ксения уже привыкла, что с лицом Любушки приходится чуть сильнее работать с мимикой, поскольку обычная улыбка на этом лице похожа на маску грусти. Она растянула рот пошире, и знала, что вот теперь ее лицо выражает подобие радости от встречи. На родном лице сейчас это выглядело бы как гипертрофированный шарж, как клоунский оскал.
— Рада, что ты меня застала, - защебетала Мария и взяв ладони Ксении в свои, легонько сжала. – Как тебе книга? – она заметила книгу, которую дала на днях под мышкой у Ксении и с интересом уставилась ей прямо в глаза.
— Да, она великолепна. Столько накала, страсти, - последнее слово Ксения произнесла шепотом. На деле, она просто пролистала этот роман, полный слишком уж детальных описаний поцелуев и не только. Выцепила взглядом имена героев, завязку и развязку. – Я не могла оторваться от нее все эти дни!
— Всего два дня! А у тебя скоро экзамены! – библиотекарша сузила глаза, словно давала понять, что понимает ее, и у них есть общая тайна.
«Мне бы не эту тайну иметь с тобой, а побольше узнать о твоей личной» - пронеслось в голове Ксении, но моментально она учла и то, что Мария знает о ее экзаменах. Возраст свой она не упоминала, не озвучивала и того, что заканчивает университет. Хотя, конечно, в карточке есть ее данные, и есть даже адрес и номер телефона. Но туда нужно заглянуть специально.
— Это правда. Но стоит иногда отвлечься, разгрузить сознание от этих формул, исторических данных…
— На каком ты факультете? – не дав договорить, спросила Мария.
— У меня история и биология, - ответила Ксения и заметила, как собеседница свела брови, - о да, это, казалось бы, несовместимые для одной профессии науки, но, я на двух факультетах. Исторический мне положен, а биологический я выбрала сама, так сказать, для себя, - этот ответ был заучен Ксенией с момента, когда она поступила на два факультета. Отец сказал, что для их ремесла это просто необходимо.