Спустя неделю в полуфинале я встретилась с необычным мужчиной. Его глаза совершенно обычными были, а уровень его нейпсила оценить даже не смогла. Пустоту видела я. Кто он такой? Это точно нейпсилик? Меня начали одолевать сомнения, а после разрастался и страх перед неизвестностью. Мужчину звали Джикан Тайзай. Его имя запомнила на всю жизнь. Он вышел на бой без верхней одежды, с голым мускулистым торсом. От шеи и почти аж до пресса выбита была татуировка в виде алого кулака, расколовшего каменную плиту на земле. Поначалу мне показалось, что противник также специализируется на управлении гравитацией, поэтому бой сперва был похож на бой с Гауссом, но затем Джикан стал телепортироваться. Я не могла за ним уследить, сначала он стоял впереди меня на удалении тридцати метров, а спустя мгновение наносил удар в спину. Я тут же оборачиваюсь, чтобы выполнить контратаку, но его и след простыл. Удар слева, удар справа, мне все труднее становилось держать равновесие, а Тайзай времени не терял, он уже успел черными дырами окружить меня, которые хлопком в один момент взорвал, уничтожив всю мою защиту и отбросив меня на десяток метров. Я не успела упасть на землю, как Джикан нанес по мне еще несколько добивающих псионных ударов, поэтому на землю упала уже без сознания.
Я быстро оклемалась, всего лишь пару дней в больнице провалялась, поэтому на финал, конечно же, пришла. Противник Джикана также не имел ни малейшего шанса, по моим ощущениям он был слабее даже Гаусса, так что бой продлился всего лишь минуту. На мое утешение, я продержалась против Тайзая почти минут десять. Что же касается битвы за третье место, то она уже не оказалась такой впечатляющей. Несколько минут хоть и пришлось повозиться, но в целом победа досталась мне легко.
О Джикане Тайзае я мало что до этого знала, помнила лишь, что когда-то увидела его в списках героев Сквижской Войны, но после чемпионата с ним познакомилась поближе. Как только церемония награждения была закончена, Джикан мне сразу же предложил вступить в Императорский полк Гвардии. Я сразу не поняла, но Тайзай лишь усмехнулся и попросил меня зайти к нему тем вечером, оставив свою визитку с адресом. Так я попала на собеседование к командующему батальона «Штурм» Императорского полка, а именно к генерал-полковнику Джикану Тайзаю. Он-то и принял решение пригласить меня в свой батальон, но сперва поздравил с повышением уровня. «Какого еще уровня?» - не поняла я, но тут же генерал пояснил, что в бою против него я развилась до третьего уровня, а, значит, и глаза смогу вернуть в прежний облик, полностью скрыв свою силу, как сделал он сам. Джикан ведь тоже нейпсилик, но достигший уже третьего уровня, потому-то я ничего и не чувствовала перед боем с ним.
Поначалу не поняла, как это у меня вышло подняться до третьего уровня, но со временем все прояснилось. Смерть - обязательное условие, либо же другое явление, приводящее к обрыву циркуляции нейпсила. Я уже погибала, это случилось еще много лет назад, когда более суток бездыханно лежала, тогда же и снят был мой предел. Во время чемпионата же истощила свой организм настолько, что пришлось воспользоваться потайным потенциалом. Да и кратковременная приостановка потоков нейпсила послужила дополнительным толчком.
Неожиданности после встречи с командующим не закончились, забавным было еще то, что командиром моего подразделения «Стилет», которое сформировалось буквально пару дней назад, оказался Гаусс. Парень сразу же отказался от своих слов про ангелочка, дьяволицей теперь меня прозвал, но это же в шутку, я с Гауссом очень даже неплохо поладила. И была совсем не против, что находилась в подчинении у него, хоть парень и был слабее меня. По званию стоял ведь выше, аж целым старшим лейтенантом оказался, прослужив пять лет императорским гвардейцем, тогда как мне только-только присвоили всего лишь лейтенанта вместе с новым именем - Лаоми. Сотни лет назад в Третьей Гвардейской армии сержантом же ходила. В ГСБ, где по-прежнему числилась, своя иерархия существовала, и мне было запрещено говорить даже своему непосредственному командиру Гауссу о своей принадлежности к структурам, а службе безопасности в свою очередь было запрещено говорить о «Рассвете», в котором все еще состою. «Рассвет» не прекращал распространять свое влияние, и я всецело в этом ему помогала.
«Стилет» сначала состоял всего лишь из семи человек, и все они были боевыми нейпсиликами. Правда, всего лишь первого уровня за исключением Гаусса и меня, но ребята были толковыми. Целью первой же нашей миссией было уничтожение группы маток сквигов, находящихся в общей системе подземных переходов, в то время, пока Вторая Гвардейская армия отвлекала целые полчища насекомых на себя. Не знаю, на что рассчитывал генерал Тайзай, но мы посчитали эту миссию чистым самоубийством. Но приказ есть приказ. Раз наша группа была маленькой, то и шума старались не создавать. Однако не все оказалось столь гладко.
Несколько недель провели мы в бесконечных подземных лабиринтах, оставшись абсолютно наедине с ужасом глубин. Все пути к отступлению давно уже были отрезаны, поэтому оставалось лишь идти с боем вперед. Тогда я и почувствовала разницу между третьим уровнем и вторым. Все мои братья по оружию, включая самого Гаусса, испытывали огромные трудности с применением нейпсила. Свои запасы были уже исчерпаны, а под землей использовать энергию природы практически невозможно, потому что ее там почти нет. Отсюда и слабость всего подразделения за исключением меня, ведь я каким-то непонятным образом черпала силы из поверженных врагов, становясь все сильнее с каждым боем. Вот тебе и третий уровень. Моим преимуществом и воспользовались, оставив право атаковать лишь мне, остальные же члены полностью концентрировались на поиске маток и, естественно, на своей же защите. Наверное, на такую тактику Джикан Тайзай и рассчитывал, отправив нас на самоубийственное задание, которое мы на удивление выполнили без потерь. Правда, слишком долго просидели в песчаных туннелях, слишком часто питались одними лишь корешками, да мелкими жуками, утоляя жажду их соком. Подземные реки на планетах Галландия встречаются крайне редко, а связано это было с деятельностью сквигов. Вот такие условия жизни продлились в итоге около двух месяцев, после чего нас отправили в отпуск на такой же срок для реабилитации.
С тех пор «Стилет» заслужил доверие всего батальона «Штурм», став самым малочисленным, но одновременно и самым сильным подразделением, которое использовалось исключительно в тех операциях, что требовали молниеносного удара в тылу противника. Это уж потом сформировывались все новые отряды, одним из которых стал защитный, командиром которого назначили меня. Туда входили нейпсилики, сильной стороной которых являлась поддержка. Кто-то накладывал щиты, кто-то умел исцелять, а были и те, что могли усилять. В общем, весь отряд подбирался чисто под меня, чтобы в наиболее экстремальных условиях справляться с любой задачей, будь то защита кого-либо или же уничтожение чего-либо, прибегая к той тактике, что использовалась в первой моей миссии. Уж больно удачной она вышла. Еще у меня появилась нештатная должность, и ее в подразделении считали наиболее значимой, ведь была наставницей для всех нейпсиликов, потому что считалась самой опытной. Даже Гаусса первое время обучала, уж больно расстроило его то поражение на чемпионате.
К концу семнадцатого столетия я хоть и выросла всего лишь до капитана, занимая должность заместителя командира подразделения «Стилет» - командира защитного отряда, но наград уже получила больше многих полковников и даже генералов, а самой ценной из которых оказался Орден Влароса, врученный лично Императором. Я стала первым капитаном в истории Империи, удостоившись такой чести. Монарх еще на эту тему пошутил, что, может, имеет смысл отменить свой указ об очередности присвоения воинских званий, запрещающий гвардейцу становиться старшим офицером, прослужившему менее пятидесяти лет, иначе бы я уже генералом стала. Но на самом деле это оказалось не более, чем обычной шуткой, потому что кроме как почета и известности во всем Вларосе я более ничего и не приобрела. А жаль, потому что «Рассвету» очень даже хотелось иметь в своих рядах императорского генерала. Да и ГСБ на меня особые планы уже построила, намекая на опасность со стороны генерала Джикана Тайзая. Контролировать его становилось все сложнее, Тайный Кабинет начинал бояться командира батальона «Штурм», потому что власть его непрерывно расширялась, а сам он метил на должность командира всего Императорского полка, иными словами на кресло военного советника Императора. Я же стала негласной командующей второго оборонительного эшелона повстанческих сил «Рассвета», выше меня был лишь главнокомандующий, которого никто вживую еще не видел. Мне ловко удавалось совмещать все три мои роли: лидер повстанцев, агент ГСБ и имперский гвардеец. Везде меня преследовала удача.