Воодушевленный знаком победы, полководец ринулся в бой. Его владение мечом превосходило любого самурая, он молниеносно переходил от одной цели к другой, олицетворяя ужас, исходящий от его меча. Смельчаков сражаться практически не осталось, однако далеко убежать им и не удавалось, ведь пространство обернулось против них, сжимаясь и взрываясь. Всю полученную энергию предводитель потратил на излучение гравитационной волны, подчинив мир вокруг себя в радиусе около километра. Кенситы и не подозревали, что время для них стало течь медленнее, а тело наполнилось тяжестью свинца. Они были лишь поставлены перед фактом, что уследить за движениями командира невозможно, который не замедлился как все, он даже ускорился. Для быстроты передвижений предводитель полностью подчинил под себя влияние гравитации, заставляя тело парить над землей и отталкиваться от молекул воздуха. К тому же это он волей своей изрешетил поле боя черными микродырами, пожирающими энергию и материю окружающего мира в радиусе метра, а достигнув критической массы, они хлопком взрывались, мгновенно высвобождая накопившуюся энергию, выворачивая наизнанку и без того искривленное пространство. Артиллерийские снаряды, сталкиваясь с поверхностью гравитационного поля, не выдерживали нагрузок, и в итоге облако из чистого света нежно накрыло созданный командиром купол, полностью отрезая заточенных от внешнего мира. Несмотря на ожесточенную бойню, число узников не уменьшалось, ведь находились же самоубийцы, прорывающиеся под купол сквозь световой град, но вырваться из заключения не вышло у всех без исключения, и каждый встретил мгновенную смерть.
На заходе солнца самураи первыми обнаружили с опущенной головой своего командира, преклонившего колено у развевающегося на ветру знамени и опирающегося на вонзенный в землю кровавый меч. Полуразрушенная крепость, на территории которой проходили бои, была расположена в ущелье между горами. Это отличная оборонительная позиция, наступление на которую возможно лишь с одной стороны, однако атакующим это послужило только на пользу, ведь и отступление также возможно лишь с одной стороны: по гладкой вымощенной дорожке шириной чуть более километра, вдоль которой расстилаются крутые каменные горы на протяжении десятков километров. Именно на этой дорожке полководец и находился, наслаждаясь последними за сегодня солнечными лучами, не обращая никакого внимания на кровавое месиво вокруг него.
«Битва закончена, - размышлял он, - но война еще продолжается. Потеряли мы уже около сотни, а основные силы противника только на подходе. Однако все идет согласно плану, отличную оборонительную позицию заняли, из защитников никто не сбежал, а передать разведданные по средствам связи они не смогли, ведь ценой тысячи силовых излучателей защитного энергополя мы создали мощнейший электромагнитный импульс, выведя из строя всю слабозащищенную электронику противника. Теперь необходимо продержаться несколько дней на этой безжизненной земле, после чего остается лишь штурмовать Оттако - столицу империи Сирос, а точнее неприступную крепость великого Кенси... Хм? Где я? В чем я? Кровь?!» - резко прервав размышления, я вскочил, оглядываясь по сторонам и жадно глотая воздух. Расчлененные человеческие остатки, лужи крови, обгоревшая земля, очаги пожара и бесформенные куски металла окружали меня. «Что это?!», - хныкая, простонал я, с трудом удерживая позывы рвотного рефлекса. Вдруг увидел подходящих ко мне кровавых мечников и идущих следом черных автоматчиков с аурой жажды убийства. «Чего они хотят?!». Осмотрел внимательно свой меч с сияющими символами на нем и тут же осознал, от чьих рук возникло это месиво. У меня от пережитого ужаса все поплыло пред глазами, звуки приглушились, а время как будто остановилось...
Вскочив с кровати в холодном поту, мне в глаза ударил утренний солнечный свет. «Сон?!» - пытаясь успокоить себя, огляделся по сторонам. «Фух... Скорее всего, да...» Это была та самая комнатка, которую выделил таинственный Амос.
- Доброе утро, господин, - вежливо произнес незаметно подошедший робот-дворецкий. - Вам одежду принести?
- Да, спасибо, - с чувством дежавю ответил я, продолжая медленно оглядываться по сторонам.
- Господин Амос просил передать вам, чтобы вы к нему зашли, как только проснетесь. Он ожидает вас в своем кабинете, - робот выдал аккуратно сложенную мою черную одежду, развернулся и не торопливым шагом покинул комнату, показывая дорогу.
Если бы я не знал, что живу в доме охранника, то подумал бы, что Амос какой-то там технарь, ведь кабинет его полностью заполнен электроникой. Огромный на всю стену телевизор, разбитый на несколько мониторов, все время что-то показывающих, несколько стоящих на столе стационарных компьютеров, сложенные на мягком диване некие планшеты и электрогазеты, установленные под потолком датчики движения и камеры, а также брошенные на полу запчасти. У стен имелся металлический голубоватый оттенок, в которых отражалась вся комната со всем ее блеском. И за центральным столом сидел Амос на своем огромном кожаном кресле. Он бегло двигал пальцами по прозрачной динамической голограмме, раскидывая ее объекты по всему кабинету.
- Доброе утро, - не отрываясь от работы, поприветствовал он меня. - Как спалось?
- Утро доброе. Как тут у вас красиво... - задумчиво сказал я.
- Спасибо, - Амос сомкнул ладони, и тут же голограмма исчезла, а вся техника отключилась. - Прошу прощения, но у меня сегодня много работы, поэтому не смогу проводить в город. Но тебя голодного отпустить также не в силах, - улыбнувшись, встал он. - Пошли на кухню, женушка моя уже должна была приготовить завтрак.
За столом Амос подробно рассказал, как попасть в регистрационный отдел, а после его понесло. Рассказал про правильный образ жизни, чем Армия хороша, почему и мне стоит в ближайшее время записаться на начальные курсы бойца, разбавляя сказанное шутками и веселыми историями из своего личного опыта.
После завтрака, искренне поблагодарив охранника за проявленную доброту, я покинул его скромную трехкомнатную квартиру, расположенную где-то на двадцатом этаже. Все-таки это от башни тогда исходила та леденящая аура, ведь сейчас на улице стояла безветренная и ясная солнечная погода. Вдохнув полной грудью свежий воздух, я вышел через первый блокпост Цитадели в поисках портала, следуя указанным ориентирам.
Глава 4. Марк
- Разрешите войти? - Марк обратился к своему начальнику через видеофон, висящий на двери в его кабинет.
- Да-да, - раздался голос из динамика.
Хоть начальник через внешние камеры наблюдения и не заметил волнение Марка, но он достаточно хорошо знал своего подчиненного, чтобы спокойно прочесть его мысли лишь по интонации голоса или по зрачкам глаз, а они говорили об излишней неуверенности.
Утром Марк проснулся от нейроволнового сообщения. Он жутко не любил, когда не дают нормально отдохнуть, поэтому нейродатчик на ночь выключал, однако это сообщение его удивило, так как автоматическое включение устройства могло означать лишь одно, что вышестоящее начальство срочно вызывает Марка к себе. От одного заголовка сообщения «Гаусс 04:37:24_29.10.1817 (НД_2_ИН_000.739.621.142.976)» он в этом с уверенностью убедился, ведь нечасто начальник ОСБ округа Цитадели майор Гаусс отправлял сообщение Марку, особенно ночью, несмотря на то, что тот является его первым заместителем. Обычно лишь на плановых собраниях Гаусс выслушивает доклад Марка, после чего давал последующие соответствующие инструкции. Иногда днем по делу или просто так мог позвонить, однако на этот раз случилось нечто странное, что заставило начальника пойти на исключение - отправить сообщение ночью. Марк с некоторым несвойственным ему волнением открыл письмо и стал медленно вчитываться: «Старший лейтенант Марк, немедленно явитесь в мой кабинет. Красный код». Красный код... Это означает, что следующая его операция обладает чрезвычайной важностью, а, следовательно, и высшей степенью секретности. Раз так, то Марка ожидает поистине нечто интересное впервые с момента прибытия на Землю.