Поднялся шум; Лэмберт, сидевший рядом с Манном, встал со своего места.
— Расскажите нам правдивую историю Христа, и мы будем спокойно слушать, — сказал он и снова сел.
Лицо Тома Манна оставалось невозмутимым, хотя он и сомневался в успехе организованной им демонстрации. Он надеялся, что священник обратится с проповедью к безработным и выслушает их требования. Демонстрация должна была не только облегчить нужду безработных, но сплотить их, показать им собственную силу.
Но перепуганный священник торопливо благословил свою паству и укрылся в ризнице.
— Здесь сотни голодных! — крикнул ему вслед Лэмберт. Послышались звуки органа, и молящиеся, боязливо озираясь, стали проталкиваться к выходу, провожаемые насмешливыми замечаниями безработных.
Манн сделал знак, чтобы все оставались на местах, а сам пошел за священником, но у дверей ризницы его остановили три сторожа.
— Да здравствует социальная революция! — крикнул Лэмберт, и в ответ раздался такой страстный и грозный крик толпы, что стены церкви задрожали.
Том Манн сказал, обращаясь к сторожам:
— Я хочу, чтобы священник поговорил а этими людьми и выслушал их. Передайте ему это, и пусть он откажет.
— Ничего передавать мы не будем! — ответил один из сторожей, и все трое схватили Манна за руки. Манн стал вырываться, толпа готова была броситься на сторожей. Атмосферу разрядил Барни Робинсон. Он пришел в церковь как посторонний зритель, но не удержался и громко провозгласил нараспев, подражая голосу священника: — Сказано в писании: «Дом мой — домом молитвы наречется, а вы сделали его вертепом разбойников».
Послышались одобрительные крики, и толпа подхватила: «Вертеп разбойников, вертеп разбойников!» Его преподобие, стоя за дверью, все это слышал и, потеряв голову от страха, послал за полицией.
Сторожа отпустили Тома Манна; он вывел безработных из церкви и обратился к ним с краткой речью:
— Вы сейчас видели своими глазами, что они называют «идти по стопам Христа», Мы пришли сказать богатым прихожанам этой церкви, что тысячи людей в Мельбурне голодают, тогда как богачи живут в роскоши, и что же? Они бежали от нас. Здесь нам больше делать нечего! Но это не последняя наша демонстрация. Борьба за социализм будет продолжаться.
— Вон торгашей и менял из храма! — крикнул Эдди Корриган.
Толпа подхватила его крик, потом запела «Красное знамя» — английскую революционную песню, которую Том Манн привез в Австралию:
Эта демонстрация и описывалась в статье, которую Барни прочел вслух.
— Вот это здорово, так и надо! — сказал он, кончив читать.
— Вероятно, весело было, — заметил Ренфри.
Лэмменс промолчал. Джон Уэст сначала не слушал Барни, но к концу статьи, видимо, заинтересовался.
Барни был в полном восторге.
— Вот это нам и нужно! К власти должны прийти рабочие. Том Манн — замечательный человек! Нужно бороться за социализм.
— Ну, не знаю, — возразил Джон Уэст. — Манн слишком далеко заходит. Он хочет ниспровергнуть существующий строй.
— А как же иначе? В этом единственная надежда рабочих. И чем скорее это будет, тем лучше, — сказал Барни.
— Ничего подобного, — сердито ответил Джон Уэст. — Я тоже за социализм, но только не за такой, какого хочет Манн.
— Боишься, что он прикроет тотализатор и клуб, если придет к власти? — съязвил Барни. Проездной билет в Америку, лежавший у него в кармане, придавал ему храбрости, и он даже дерзал высказывать свое мнение.
— Это здесь ни при чем. Но у Тома Манна, вероятно, много последователей.
— Еще бы! И с каждым днем их становится все больше и больше. Ты поглядел бы, какие толпы собираются, чтобы послушать его, на берегу Ярры или по воскресеньям в «Бижу».
— Да, да, сторонников у него, должно быть, много. В театре «Бижу», говоришь? А что он думает об азартных играх?
— Я слышал, как он говорил, что причина азарта — неуверенность в завтрашнем дне и что при социализме эта неуверенность исчезнет. И что жилищная нужда и безработица худшее зло, чем азартные игры.
— Вот как? Так и сказал?
В следующее воскресенье к десяти часам вечера Том Манн закончил свой доклад, и тысячная толпа стала выходить из театра «Бижу». Манн протолкался к дверям и остановился у подъезда, разговаривая с окружившими его друзьями и отвечая на вопросы слушателей.