Он вручил гаджет Оксане. Девушка быстро сообразила, что делать, и отмотала запись на тот момент, когда в банк вломился Семен. Вернее, когда он проник в здание через затопленный подвал и затащил связанного Грачева. Какое-то время Баз смотрел на экран с недоверием, но когда дело дошло до самой убойной сцены – взлома сейфа, рейнджер восторженно «ваукнул» и невнятно выругался.
– Это невероятно! – Он на миг зажмурился. – Терминатор… это… жалкий пылесос! Русский атлант – настоящая мощь!
– Двусмысленный комплимент, – сказал Чеснок и переглянулся с Грачевым. – В прошлой жизни он тоже был сильным?
– Увалень был, – Егор качнул головой. – Но бил жестко.
– Вот и пригодились навыки, – легко сделал вывод сержант. – Ну что, граждане народные заседатели, убедились?
– Это объективный факт, – Баз вернул приборчик Чесноку и принял величественную позу. – Город Энфилд не имеет претензий к пострадавшему рядовому…
– Грачеву, – вновь подсказала Оксана и выдохнула с заметным облегчением.
Это оказалось настолько заметно, что на неё с интересом, словно увидев впервые, взглянул даже Баев. А уж как взглянул рейнджер, не описать. Во взгляде у База мелькнула целая гамма переживаний. С одной стороны, он вроде бы обрадовался удачному исходу своего первого расследования, но реакция Оксаны его покоробила, и Баз тут же пожалел, что свершилось правосудие. Ведь теперь стало ясно, что рейнджер сам создал себе проблему – оправдал и отпустил прямого конкурента в борьбе за сердце первой красотки города.
– Вот и разошлись, – Сталин для верности вклинился между Базом и Грачевым и пожал Егору руку. – В расчете, боец. Но я сегодня добрый, так что бонусом дам бесплатный совет. Если останешься служить в этих краях, не поворачивайся к Базу спиной.
– За совет спасибо, – Егор понизил голос. – Но если уж ты сегодня добрый, сделай ещё одно одолжение. В счет наших будущих взаимных услуг.
– Будущих? – Сталин недоверчиво взглянул на Егора. – Ты что у нас, ясновидящий?
– Пока не знаю. Вот мой жетон. Подбрось его начальству. Чтобы военные выписали пенсию семье.
– Не понял, – Сталин удивленно вскинул брови. – Ты соскочить решил? С чего вдруг?
– Я сейчас не смогу объяснить. Если тебя устраивает версия про ясновидение, пусть будет так. Считай, что я предвижу большие проблемы для нас троих… для тех, кто выжил в крушении борта А-517.
– Ну, так-то у одного из нас уже проблемы…
– Будут и у нас с тобой.
– Вполне вероятно, – задумчиво проронил Сталин и вдруг встрепенулся. – Постой, Грачев, а как ты узнал, что я тоже выживший?!
– Как-то так, – Егор пожал плечами. – Будто бы почуял. Это ведь правда?
– Правда, но… – Сталин вновь осекся. – Почуял? Что это значит?
– Не знаю, – уже совсем шепотом ответил Грачев. – Это меня и пугает! Предчувствие нехорошее от этого, понимаешь? Нельзя мне тут оставаться! И тебе не советую, раз уж пошел у нас обмен бесплатными рекомендациями. Не просто так мы выжили! Не потому, что оба знали Пасюка или в одном районе Москвы проживали. Что-то здесь не так по-крупному! На серьезном уровне. Считаешь, я параноик?
– Нет, – Сталин смерил Егора задумчивым взглядом. – Почему ты так решил?
– Вижу, что не веришь мне.
– Ты не сказал ничего конкретного, – Сталин пожал плечами. – Но что-то в твоих сомнениях есть. Пока не знаю что, но есть. Я сделаю, как ты просишь. Но с Баевым и Чесноком тебе придется договариваться самостоятельно.
– Слушайте, упавшие с небес, сколько можно шептаться?! – майор Баев будто бы тоже почуял, что разговор коснулся его персоны. – Вы там заговор плетёте? Или ты, разведка, пацана в свою артель переманиваешь?
– Хотя… – Сталин улыбнулся Грачеву, – пожалуй, и тут я тебе помогу, Егор Грачев. С тебя подробный отчет, когда предчувствия оформятся в теорию, уговор?
– Замётано!
– А ты упустил бы такого кадра? – Сталин, всё ещё сохраняя загадочную улыбку, обернулся к майору.
– А я и не упустил его пока, – Баев тоже усмехнулся. – И не упущу без калыма.
– Чем предпочитаешь брать взятки? Деньгами, борзыми щенками, вертолетами?
– Вот с этого места поподробнее.
– «Хьюи», почти новый, исправный, в упаковке, – Сталин хитро прищурился и склонил голову набок. – Подойдет?
– Это ты о тех двух вертушках? – Баев кивком указал на соседние крыши и разочарованно вздохнул. – Это дурной тон, разведка, впаривать людям их собственные трофеи. Зачем ты меня огорчаешь?
– По-настоящему ты огорчишься, когда твои трофеи взлетят на воздух. По частям. Вертолеты заминированы и взорвутся примерно через десять минут. Команда саперов успеет прилететь из Труро за десять минут?