«Арам не узнает, — ровно ответил Элан. — Тем более, что гостя я тебе привел особенного и не совсем кассийца. Ты сам его в темноте спутал с вождем. Думаешь, это случайность? А если я скажу, что нет? Перед тобой сын Астрид.»
Марк сглотнул. Его взгляд пробежал по завязывающему пояс Рэми, и быстро вернулся к чаше, в которой плескалась красноватая жидкость.
— Прошу, выпейте, — протянул он Рэми чашу. — Вам необходимо согреться, мой архан.
«Ты ошибаешься, — продолжил он. — Сын Астрид умер. Этот юноша очень похож на Элизара, это правда, но то не повод…»
Рэми пригубил питье, чувствуя себя неловко. Он и сам удивлялся, как хорошо у него получалось делать вид, что он ничего не слышит и не понимает.
«Не повод? Ты хорошо знал Астрид, приглядись же. Не видишь, как он двигается, не слышишь, как он разговаривает? Не чувствуешь в нем силу целителя? Но и это не главное. Стыдно, хранитель, что не видишь ауру, ее ауру вокруг юноши? Не видишь, как она его оберегает?»
Марк вновь посмотрел на Рэми, на этот раз гораздо внимательней, и в его глазах промелькнуло замешательство.
Однако, виссавиец, как и Рэми, отлично держал себя в руках — ни выдав своих чувств ни жестом, ни словом, он лишь вежливо, холодно улыбнулся и спросил:
— Вам нравится? Садитесь, архан, я сейчас слегка приберу беспорядок.
— Не стоит, — ровно ответил Рэми. — Он мне не мешает.
«А ты ведь прав… действительно… — Рэми коснулись на мгновения истинные чувства хозяина дома: удивление, искренняя радость и… Рэми на миг скривился — вновь это проклятое обожание. — Должен ли я показать, что знаю?»
Рэми нашел свободное от книг место на столе и поставил туда уже пустую чашу.
«Это не от меня зависит, Марк. Наследник непонятен мне. И он меня ненавидит, не спрашивай почему. Однако сын Астрид задает сложные вопросы… Я не могу на них ответить, потому ответишь ты. Только будь осторожен. Сдается мне, от твоих ответов зависит — сможет ли он доверится клану или нет.»
«Наследник Виссавии не доверяет клану?» — впервые на лице Марка появилось удивление, при этом столь искреннее, что Рэми отвел взгляд, сделав вид, что интересуется какой-то книжкой.
«А как ты думаешь, почему он прячется? Он не доверяет ни нам, ни Виссавии, ни вождю…»
— Ночь уже подходит к концу. Мне пора возвращаться, — оборвал их Рэми. — И сейчас мы либо поговорим, либо…
— Как скажете, архан, — с готовностью ответил Марк, еще раз пытаясь убрать книжки со стола.
— Пусть будут, сядьте, наконец!
Рэми и не думал приказывать, просто не хотел причинять хозяину лишнего беспокойства, но Марк вдруг вздрогнул, затравленно посмотрел на Рэми и послушно опустился на стул.
— Я вас слушаю…
— Убивали ли когда-нибудь виссавийцы вождя?
— Интересные у вас вопросы, архан, — Марк некоторое время сидел задумавшись, а потом ответил. — Думаю, я должен слегка посвятить вас в историю клана. Но даже мой краткий рассказ займет много времени. Потому если вы спешите, мы можем договориться о новой встрече.
— Рассказывайте.
«Наша богиня — одна из младших сестер вашего Радона. Когда боги поделили между собой власть над Кассией, Виссавия не захотела брать свою долю, и ушла в пустыню, в центре которой и заснула вечным сном. Однако перед тем, как отпустить сестру, Радон высказал свою волю: каждый, кто найдет приют на ее землях, будет принадлежать только ей и потеряет зависимость от других богов.
Боги согласились… началась новая эра.
Виссавия спала, на месте клана образовалась пустыня. Выжить здесь было невозможно — ни воды, ни растений, лишь голый песок, да сушь… Люди обходили это место стороной, считая его проклятым, а позднее начали сгонять в пустыню преступников… наша земля была местом изощренной казни: без воды, без одежды, осужденные сгорали заживо на безжизненном песке Виссавии…
Но в один прекрасный день молодой, еще совсем неопытный маг прочитал легенду о спящей в песках богине. И вдруг захотелось ему ее найти, да пробудить из сна. Ему удалось. Он пересек пустыню, нашел пещеру, где спала Виссавия и долго молился у ее ложа, пока она не проснулась.
Богиня разгневалась. Но стоявший перед ней на коленях юноша был бесстрашен. Он много говорил, он с жаром рассказывал о своих мечтах, о свободном от воли богов приюте магов… и богиня ему поверила. Она создала для него прекрасный край, насытила его магией, окутала своего „сына“ властью, равную которой знали немногие.