— Еще слегка правее… — тихо подсказал учитель.
Силы стремительно убывали. По позвоночнику пробежала волна холода. Напряглись вдруг невидимые нити уз, соединяющие Рэми с Миром, и тщательно сплетенная вязь вдруг рассыпалась, вспыхнув в темноте ослепительно синим пламенем.
— Ты сегодня чем-то озабочен, наследник.
— Еще раз, — прошептал Рэми.
— Я не думаю…
— Еще раз!
— Прости…
Рэми всеми силами пытался сдержать неудовольствие. Как часто в последнее время слышал он эти извинения? Наверное, слишком часто. Стоило ему только слегка разозлиться, как виссавийцы падали на колени, целовали руки, умоляли… смилостивиться?
Рэми было стыдно. Стыдно, когда взрослые мужчины, маги, унижались перед ним, когда просили о милости у него, у мальчишки, который и исцелить-то толком не умел.
Рэми чувствовал себя беспомощным. Не только из-за слепоты тела, а из-за слепоты магической… оказалось, он ничего не умел, хотя воображал себя магом.
А виссавийцы? Они были перед Рэми как на ладони. И стоило наследнику хотя бы чуть нахмуриться, как бросал их на колени вовсе не страх… раскаяние.
Как надо любить, чтобы так унижаться?
Как надо быть окутанным узами богов, чтобы быть настолько верными? Даже Рэми не мог так вести себя с Миранисом. Будучи безумно верным принцу, он все же сохранял ясность рассудка… виссавийцы же были ослеплены вождем и его наследником.
— Продолжим, — приказал Рэми.
И сам себе не поверил. Он приказал учителю? За одну только попытку приказать Виресу, телохранитель повелителя Кассии одарил бы Рэми приятным вечерком в сетях боли. Учитель умнее ученика, ученик должен подчиняться беспрекословно… в Кассии это казалось столь же нормальным, как и дышать. Но не в Виссавии. Но не для наследника, который может убить одним словом. Но даже смерть из рук Рэми они бы приняли со счастливой улыбкой.
Телохранитель постарался сосредоточиться на заклинании.
Лучше уж работать до изнеможения, чем думать о Миранисе или виссавийцах. На этот раз вязь вышла более крепкой. Сеть легко уложилась в нужный рисунок. Получив разрешение учителя, Рэми позволил ей сжаться в упругий комок и выстрелить в сторону светящейся желтым фигуры. Вспыхнул защищающий мага щит, ответил на атаку искрами, и идеально сплетенная сеть вдруг разорвалась, облетев на землю синими ошметками.
— Великолепно, — похвалил учитель, и в его словах Рэми почувствовал неприкрытое восхищение.
Как же это раздражает. Вирес не хватил Рэми почти никогда, а этот осыпал комплементами, искренне гордился каждым успехом горячо любимого ученика. Только вот была ли любовь учителя чем-то, в чем Рэми сейчас нуждался? Как же!
— Этого мало… — Рэми усмехнулся, поднял вверх правую руку:
— Ты готов? — прошипел он стоявшей вдалеке фигуре Арама и, услышав ответ:
— Готов, наследник, — с силой сжал пальцы.
Щит Арама и на этот раз выдержал. Но Рэми видел, как обнимающее фигуру советника желтое пламя упало на колени, выдохнув:
— Ты быстро учишься.
— Ты слишком слаб для меня, — с сожалением ответил Рэми. — Хватит. Я не хочу тебя ранить… и ты для меня не противник.
— Хочешь подраться? — как же Рэми жаждал этого вопроса.
Почувствовав, как на губах его расцвела довольная улыбка, наследник медленно обернулся. Аура стоявшего рядом с учителем Кадма была ярко-синей, притягивала к себе взгляд, и в то же время Рэми почувствовал исходящую от телохранителя угрозу.
Достойный противник… наконец-то.
— …так мы тебе устроим… — пообещал Кадм.
— Не думаю, что теперь и тебе меня одолеть, — холодно ответил Рэми, тем не менее мысленно собравшись и приготовившись к увлекательной схватке. Давненько он по-настоящему не разминал мышцы… давненько? Не так уж и давненько, всего несколько седмиц назад. Во время интенсивных, безжалостных уроков с Виресом, по которым Рэми сейчас так скучал.
— А ты самоуверен, брат, — прервал воспоминания телохранителя холодный голос Кадма. Наследник облизнул губы и слегка усмехнулся, когда мышцы привычно напряглись, а внутри разлилось холодное море силы.
— И все же… — прошептал Рэми, чувствуя, как меняется его голос. — Я не хочу тебя ранить. Но я хочу подраться. В полную силу…
— Даже так. Как скажешь, Эррэмиэль. Лерин, поможешь надрать задницу зарвавшемуся наследнику Виссавии?
— Почему бы и нет… — жестко ответил второй телохранитель.
— В таком случае… я согласен, — выдохнул Рэми, душа в себе нетерпение.