Телохранители без слов бросились следом, но догнать принца удалось не сразу: лишь когда миновали они темные коридоры, выбежав к лестнице, лишь когда Мир застыл у верхней ступеньки ошеломленно глядя вниз и покачнулся. Кадм оттянул его от лестницы, хотел увести в относительно безопасные коридоры замка, но властным движением принц вырвался и подошел к перилам, ограждавшим лестничную площадку.
Там, внизу, в освещенной ярким, солнечным светом зале, царила тишина. Придворные, бледные, непривычно тихие, пятились назад, все более расширяя свободное пространство вокруг фигуры в белоснежном, заляпанном красным плаще.
Вождь не был похож на того, вчерашнего: глаза широко раскрытые, блестевшие нездоровым смехом; на щеках выступил лихорадочный румянец; длинные волосы, вчера скрепленные в аккуратный хвост, теперь рассыпались по плечам, слипшись от стекающей с прядей крови: как и любой безумец, вождь любил яркие выступления, подкрепляя свое появление магией.
Наверное, зря он это, подумал Кадм. Зря эти потоки крови с волос, оставляющие на белоснежном мраморе красные лужицы, зря эта тягучая, сдобренная магией, аура страха… хватило бы и одного взгляда на то, что вождь держал на руках: небрежно завернутое в белоснежную ткань мертвое тело.
— Р-э-э-э-э-м-и! — пронзил тишину истерический крик.
Лия билась в руках хариба принца, рвалась к брату, а потом вдруг обмякла, теряя сознание. Вновь над залом зависла тишина.
Элизар недобро усмехнулся, поймав взглядом принца. Кадм напрягся, приготовившись к непростой схватке, а за его спиной Лерин опустил над Миранисом невидимый щит.
— Думаете, эти игрушки меня остановят? — спросил Элизар, опуская руки. Мертвое тело с глухим стуком упало на землю, покатилось, делая несколько оборотов и освобождаясь от плена простыни, а вождь перешагнул мертвого, не спуская горящего ненавистью взгляда с Мираниса:
— Завтра ты уберешься из моей страны.
— Будь в этом уверен, — холодно ответил принц.
— Я не хочу быть уверенным… я даю тебе последний шанс выжить. Ты уберешься из Виссавии или умрешь, не так ли, мой принц? Надеюсь, я был достаточно ясен, чтобы ты, наконец, понял?
Надеюсь, я был достаточно гостеприимен… ведь я предупредил.
Сказал и исчез, оставляя за собой в зале недоумение, молчание и заляпанный кровью мрамор. Кадм оторвал взгляд от тела Рэми, от души пожалев мальчишку. Судя по этому месиву досталось ему нехило и воскрешение пройдет сложнее, чем обычно. Рэми придется очень несладко, когда его вернут из-за грани. Как и им всем: такое выжрет все силы и из троих телохранителей, и из Мираниса.
— Я прошу прощения, принц, — голос седовласого виссавийца в зеленой тунике заставил Кадма вздрогнуть. Тисмен легкой тенью скользнул в бок, встав между говорившим и наследником. — Вы же знаете, что вождь болен…
— Где Арам? — хрипло спросил принц. Кадм плюнул и уже не стал тратить силы драгоценные силы на то, чтобы скрыть гнев Мираниса. Подействовало. Придворные очнулись, побледнев еще больше, и оторвали наконец-то, ошеломленные взгляды от Рэми, посмотрев на излучающего зловещую ауру принца. Целитель, а в Виссавии зеленые туники носили только целители, побледнел и тихо продолжил:
— Арам не может сейчас прийти, мне очень жаль…
— Окажите нам последнюю услугу.
— Я слушаю, принц.
— Позаботьтесь, чтобы моя свита забыла об увиденном.
— Конечно, принц. Я… еще раз прошу прощения…
— А думаете, я сейчас в этом нуждаюсь? — ответил принц. — В словах? Вы, ради богов, убили моего телохранителя! Вы не предупредили нас, что вас вождь — опасный безумец, который в любой момент может прибить и меня, и любого из свиты!
— Мир… — голос Тисмена непривычно дрожал. Кадм проследил за взглядом друга и не увидел ничего интересного — все тот же заляпанный кровью мрамор, все те же испуганные, молчаливые придворные. Но чего-то не хватало…
— Куда делось тело моего телохранителя! — взвился за спиной Кадма Мир, подсказав, что именно там было не так.
— Я еще раз прошу прощения, — сказал все тот же человек в зеленой тунике. — Но хранительницы просили передать вам приказ богини. Мне очень жаль… но мы не можем выпустить вас из клана.
И не можем отдать тела Эрремиэля.
— Что? — переспросил Лерин. — Вы не можете сделать что? Вы хоть понимаете, что творите? Миранис — наследный принц Кассии, вы не имеете права держать его в клане!
— Мне очень жаль, — склонил голову целитель.
— Жаль? — воскликнул Лерин. — Завтра ваш вождь нас убьет, а вам жаль? Чего вы добиваетесь? Войны? Или действительно думаете, что щит над кланом вас спасет против наших высших магов? А позвольте мне, уважаемый, усомниться!